Андрей Шаврей: Есть ли жизнь после 90 лет или… как не спасли известного журналиста

Накануне произошли печальные события, после которых я как-то не в силах писать ни об открытии Фестиваля балета, ни даже о предъюбилейном концерте нашего выдающегося композитора Петериса Васка. По пути на собственную выставку в зале «Дзинтари» в автоаварии погиб молодой архитектор Матис Майлитис, а затем произошло то, что заставило вспомнить о безвременной кончине известного журналиста, в прошлом кинооператора Сергея Николаева…

Событие архипечальное. Журналисты пришли к автобусу у Памятника стрелкам, чтобы поехать в Юрмалу, но в последний момент всё, разумеется, отменили – и пресс-конференцию с участием министра культуры, и последующее открытие выставки.  Некурящая президент музыкального фонда попросила сигаретку… Я с двумя коллегами отправился в кафе, выпить пару бокалов…

Думается, гибель архитектора стала катализатором того, что взял и позвонил товарищу, молодому музыканту. У него своя печаль – в «Гайльэзерс» попала бабушка, 93 года, в прошлом весьма уважаемая учительница.  Бодрая дама, ещё неделю назад весело фотографировалась с внуком в больнице. Вчера было резкое ухудшение.

Можно подумать – стоит ли об этом писать? В конце концов, возраст почтенный, печаль личная, общественности о ней знать не обязательно. Но знать об этом надо всем, и я вам ниже докажу, почему. 

Что в таком случае делают? Ищут хорошего врача. Связался с одним из лучших врачей Латвии, которая, как минимум, по телефону проконсультирует бесплатно, посоветует врачам из больницы для «простых смертных». Сказала просто: «Дайте мой мобильный телефон лечащему врачу, поговорим».

А вот дальше начался детектив. Дело было после пяти вечера, у врача закончился трудовой день. Мобильный телефон дежурные медики внуку отчего-то категорически не дают – врач отдыхает.

И как теперь найти Скайдрите К. – совершенно неизвестно. Она будет в понедельник. А сегодня, в субботу, у её пациента ухудшение.

Я бы об этом не писал, если бы не та история с моим коллегой Сергеем Николаевым. В прошлом известнейший кинооператор, в музее Рижской киностудии есть даже табличка с его именем на дверях его кабинета. После закрытия киностудии освоил новую профессию (редкий случай!) – стал журналистом.

Это было перед Новым годом… Несколько лет назад открываю газету «Час», а там статья-некролог: «Прощай, Сергей!» Конечно, невероятная печаль – отчего, почему? Крепкий мужчина, всего 62 года, за несколько дней до этого встречался с ним на выставке.

Только потом узнал эту ужасную историю про то, как попал Сергей Николаевич в больницу. Поначалу вроде всё было не так серьёзно. Но в рождественский вечер, около полуночи, Сергей позвонил супруге: «Мне плохо!» Врача – нет, на улице ведь праздник!

Супруга связалась с врачом, которая сказала, кажется, теперь уже классическое: «С ним всё нормально, не мучайте ни себя, ни его, ни меня!» И через 15 минут после этого разговора коллега скончался.

Когда об этом от меня узнал президент кинофорума «Арсенал» Аугуст Сукутс, коллега Сергея по киностудии, он молча налил две рюмки. Мы выпили, не чокаясь. А потом Аугуст Леонардович изрёк единственно верное: «За это надо подавать в суд!»

Кому сейчас легко? То, что медицина у нас далека от идеала, известно всем. А уж о ситуации в «Гайльэзерсе» ходят легенды. И всё-таки – думается, не лишний раз напомнить, что плохо, когда крупнейшая латвийская больница превращается в хоспис. И совершенно обидно, когда за трагедией отдельно взятого маленького человека кроется абсолютное равнодушие со стороны государства, которое из этих людей, собственно, и состоит.

А людей у нас в Латвии, напомню – мало!

 

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Самое важное

Еще