Андрей Шаврей: А вы знаете, что такое «дети войны»? С днем рождения, мама!

Вот вам мой новый блог. «Блог» на журналистском языке — личный взгляд на то или иное событие. Обычно в этом жанре я представляю свой взгляд на культурные события, премьеры и т.д. Сейчас — ну совсем личное, каковое «использование служебного положения», поверьте, позволяю себе крайне редко. Сегодня позволю — моей маме исполняется 81 год (по паспорту). И она дитя войны, родилась в 1941-м. Смотрит телевизор и... не понимает: «Родная Россия напала на родную Украину?»

Это очень сложная тема, о которой, впрочем, необходимо напоминать. Тех, кто воевал на полях Второй мировой войны — уже совсем мало. Но вот таких детей, как моя мама — до сих пор достаточно много. И то, что они пережили — не приведи Господь никому ни сегодня, никогда.

Начать с того, что в паспорте и свидетельстве о рождении у мамы написана дата рождения: «25 февраля 1941 года». Место рождения — «Город Воронеж, РСФСР». В графах «родители» — прочерки. Нет родителей. На самом деле все не совсем так, вернее — совсем не так. Потому что доподлинно неизвестно, когда, где и у кого мама родилась.

В семье отмечали день рождения всегда 25 декабря, поскольку именно тогда младенца и подобрали отступающие советские войска (как раз на стыке России и Украины), среди них был старшина Андрей Васильевич Шаврей, кларнетист военного оркестра, и его супруга Анна. После бомбежки Воронежа они и удочерили потерянного ребенка. Уже потом, оформляя документы, указали почему-то 25 февраля. Неизвестно, когда родилась — война, неразбериха. Не делать же экспертизы ДНК, как сегодня принято?

По счастью, мама не помнит ужасов войны. Во-первых, потому что по окончании боев ей было, значит, всего 3,5-4 года. Во-вторых, потому что ее эвакуировали в глубокий российский тыл, в Башкирию. С тех пор мама очень ценит мед.

До сих пор в семье хранится старая жестяная коробочка с надписью «Башкирский мед», присланная ей из краев голодного детства в 1962-м. Она украшена изображением пчелиных сот. Потому что этот мед и спас жизнь маленькой девочки и тысяч других подобных детей войны. И потому что детское сознание на всю оставшуюся жизнь сохранило страшное последствие войны — голод. А он лютовал вплоть до 1948-го, как минимум (значит, маме было уже семь лет). Вот вспомните, кстати, трагическую историю про кражу карточек в «Месте встречи изменить нельзя», вспомните — все правда...  

Да, и еще на всю жизнь у мамы сохранилась привычка, над которой я, еще совсем юный дурак, посмеивался: дома всегда должны быть продукты. Холодильник должен быть полным. «Зачем, мама, если сейчас в магазинах все есть?» «На всякий случай...» Господи, кто бы мог подумать, что это «на всякий случай» вдруг может повториться и сейчас, в центре Европы в XXI веке? Опять же — не приведи Господь, конечно. 

Нет, судьба вообще-то счастливая. В Латвию мама приехала в 1947-м — как я шучу, «под звуки музыки Советской армии». Напоминаю — уж извините, но приемный отец мамы и мой приемный дедушка был кларнетистом военного оркестра. Мама поступила в знаменитую музыкальную школу им. Эмиля Дарзиня, в 1959-м поступила в оркестр Латвийской оперы, где и проработала без перерывов ровно 39 лет. Всегда была аполитична, то есть — абсолютно. В разные времена, глядя в телевизор, о Горбачеве и Путине говорила просто: «Хорошо говорят». Главное для нее всегда была скрипка и музыка.

Но я помню еще одно трагическое последствие войны для ее детей.  Клянусь, не художественное преувеличение: на протяжении многих лет в 1970-80-х в определенное время она раз в месяц включала московское радио «Маяк», где полчаса шла передача, основанная поэтессой Агнией Львовной Барто, и в которой разлученные войной люди еще долгие десятилетия искали друг друга. Агния Барто читала письма. Читала и письмо моей мамы. Мама внимательно слушала. Мама искала родителей. Мама их не нашла.

С тех пор, кстати, я не в силах смотреть душераздирающий фильм Сергея Колосова «Помни имя свое». Но это, разумеется, личное.

Что добавить? Теперь ситуация какая-то фантасмагорическая. Маме, по счастью, 81 год — не каждому дано дожить до такой цифры. И даже после перенесенного почти семь лет назад тяжелого инсульта она все же в достаточно ясном сознании. Хотя почти не говорит. И вот теперь, когда смотрит вдруг новости, где показывают в прямом эфире про то, как Россия напала на Украину, она смотрит сперва в экран, а потом на меня непонимающим взглядом. И что ей сказать? «Это война, мама»?

В такие моменты я переключаю каналы. Смотрим комедии Гайдая, Рязанова и Данелии. Жаль, что все-таки этих десятки раз виденных комедий в действительности — мало. А войны что-то очень много. Долой войну! И долой тех, кто ее развязывает и кто как-то подзабыл за 77 мирных для Европы лет о том, что любая война приносит — смерть, голод, разлуку.

Да, и с днем рождения, мама!

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Самое важное

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить