Андрей Шаврей: «1900-й. Легенда о пианисте» — из океана музыки выхода нет

В Рижском Русском театре им. М.Чехова состоялась премьера спектакля «1900-й. Легенда о пианисте» по пьесе... или все-таки по мотивам большого рассказа? В общем, по тексту Алессандро Барикко, ставшему знаменитым на излете XX века и действие которого происходит в самом начале столетия.

По всем параметрам это очень удачный спектакль: и по фабуле (сама тема чего стоит!), и по исполнению, и по сценографии, и по режиссуре. Начнем с последнего.

Спектакль поставил главный режиссер Московского театра на Малой Бронной Сергей Голомазов. Кстати, некогда, в начале 1990-х, он поставил свой первый спектакль именно на этой сцене — «Когда лошадь теряет сознание» по Франсуазе Саган. В сентябре этого года наш театр открыл сезон его весьма и весьма достойным спектаклем «Почти счастье» (рекомендуем к просмотру).

В случае с «Легендой...» решение перенести зрительские места прямо на сцену не является чем-то совершенно неординарным. В конце концов, такое далеко не впервой, а наша публика может припомнить, как в конце 1990-х (как раз под завершение века) такая же ситуация была во время гастролей Омского драматического театра, показавшего у нас получивший «Золотую маску» спектакль «Женщина в песках» по Кобо Абэ.

В данном случае решение перенести зрительские месте прямо на сцену (120 мест, места не пронумерованы) является не экстравагантным ходом, а совершенно логическим и оправданным. Как известно, здесь идет речь о пианисте, который родился на корабле «Вирджиния» при зарождении века и всю жизнь прожил, не сходя на сушу. Потому его и называли «Тысяча девятисотый». Таким образом постарались максимально приблизить ощущение, что вы на корабле в «пиано-баре», где слушаете музыку в исполнении «изобретателя музыки века — джаза», а за бортом то штиль, то шторм, но если уж вы погрузились в этот океан музыки, то вам уже без разницы, какая там погода. 

О сценографии известнейшего российского мастера Николая Симонова. «Именно такой должна быть современная театральная сценография», — сказала потом опытная в деле моды и оформления дама. Впрочем, какой должна быть сценография в нынешнем веке, об этом пусть дискутируют студенты Академии художеств, им по статусу положено. А тут она, во всяком случае, весьма удачно гармонирует с содержанием спектакля. Привычный зрительный зал отделен от сцены, где рояль, пианист и один артист наедине со зрителями. Отделен полупрозрачным занавесом, на который проецируется видеоизображение то океанской пучины, то одинокой луны на ночном небосводе, то люстры в ресторанном зале, как на «Титанике». Со всех других сторон — голые стены закулисья, обнажающие все подробности сцены и вширь, и ввысь, зрелище для рядового зрителя, конечно, необычное. 

В общем, можно считать, что «морское путешествие без антракта» началось, и в полтора часа действа двум исполнителям и 120-ти зрителям надо только максимально отдаться друг другу всей душой — вот и вся задача. Не такая простая, конечно. Как говорил великий виолончелист Мстислав Ростропович, будучи в Риге (это было в Музыкальной академии, во время его мастер-класса), «иногда для того чтобы ощутить гармонию, надо получить кувалдой по голове». Гармония — музыкальная наука, кстати.  

«Повезло»: в день предпремьерного показа умер выдающийся певец Дмитрий Хворостовский. Возможно, было бы не совсем уместным в данном случае объявить минуту молчания перед спектаклем, который повествует о музыке... Впрочем, для многих из присутствовавших зрителей, думается, в этот день была не только одна минута молчания. «Я думала о Хворостовском», — сказала на следующий день мне одна из зрительниц. «Значит, у нас синхрон», — ответил я.

И о музыке. За белоснежным роялем Petroff, от всей души подаренном некогда меценатом Борисом Тетеревым, пианист Улдис Мархилевич. Что такое настоящая музыка в исполнении истинного музыканта? Аналогия очевидна — это безбрежный океан, когда ты только между двух стихий, между небом и бездонной пучиной. Конечно, тут бы, кажется, так был уместен наш великий Раймонд Паулс, плотно сотрудничающий с нашим Русским театром («Одесса, город колдовской» в декабре пойдет в 150-й раз, недавно состоялась премьера «Девушки в кафе» с участием Маэстро). Ему, по большому счету, уже давно все безразлично на этом свете, но вот попробуйте отнять от него рояль... Для него это все.

Впрочем, тут для меня лично было если не откровение, то большое открытие. Мархилевич, известный нам по участию в популярных эстрадных группах, открылся заново, причем в качестве совершенно изумительного, тонко чувствующего джаз, причем в его чисто фортепианном варианте. А когда надо, он может блюзы и рэгтаймы исполнять так, что сцена моментально взрывается аплодисментами. Богата наша родина музыкальными талантами, это радует. Орден Трех звезд вручен музыканту несколько дней назад совершенно заслуженно.

Текст от автора читает... Ох, неправильно было писать, что молодой артист Максим Бусел «читает», потому что проигрывает, исполняет, а когда надо, пританцовывает, падает у фортепиано. Взбегает на колосники сцены, оттуда приветствует пассажиров и рассказывает о пианисте, у которого только рояль и несколько слушателей на корабле, и ничего ему больше не надо. Иногда герой артиста устраивается между зрителями. Иногда подходит вдруг, как ко мне, и говорит текст Баррико: «А что означает, когда картина падает?» Видимо, это было во время шторма.

В спектакле хорошо передается настроение шторма, когда рассказывается о том, как поставить фиксаторы у ножек рояля, чтобы он не катался по помещению из-за качки. Ряды со зрителями начинают вращаться (сцена-то после недавней реконструкции оснащена вполне по-современному) и под музыку и тексты вы видите то луну, то пучину. Впрочем, чтобы ощутить это полностью, советую вам попасть прямиком в настоящий шторм.

Для погружения в материал история в тему. Заканчивался XX век. Или «Ха-Ха век», как его иронично называл великий композитор Альфред Шнитке. В самом начале января 1998 года я поехал в Стокгольм на корабле. На обратном пути попал в шторм. Ну, не то чтобы было страшно, но... во всяком случае на следующее утро из новостей я узнал, что шторм был по всей Балтике, и в приморском германском городке упавшим от порыва ветра деревом был убит мотоциклист.

Я помню «пиано-бар» на том пароме (то ли «Русь» тогда ходил в круиз, то ли «Михаил Шолохов»). Пианиста не было, но были девушки из кабаре. Пришел капитан и сказал, чтобы всем налили бесплатно. Стало весело. Когда девушки стали из-за крена то вправо, то влево скользить по полу и падать прямо на колени пассажиров, стало страшновато. Я выпил и ушел, держась за стены, в каюту. Разумеется, по пути в голове звучал «Летучий голладнец» Рихарда Вагнера, которого тот задумал где-то здесь, посреди Балтики, убегая из Риги от кредиторов. И я моментально заснул.

Наутро проснулся — за окном Рига, проплывали Болдераю, был полный штиль и солнце. Кстати, потом узнал, что в то утро, 6 января, в Москве умер великий композитор Георгий Свиридов. 

Быть может, эти подробности излишни? Но если вы любите музыку, то вы поймете обязательно поймете и исполнителя. В финале спектакля герой Максима Бусела присаживается к музыканту и начинает вместе с ним играть в четыре руки. В конце концов, между прочим, Бусел профессионал, учился на хорового дирижера. Думается, для артиста, который в Рижском Русском театре играет только четвертый сезон, это первая по-настоящему большая роль, как говорится, «этапная». Которую можно смело считать удачной.

Ну, а дальше можете размышлять сами. Сколько его герой по сюжету путешествовал с музыкантом? Шесть с лишним лет? Потом занавес поднимается, и его герой уходит по трапу, который перекинут через весь зрительный зал (тот, что «классический»). Там, где светилась луна, только небеса. Не волнуйтесь, он вернется и в конце спокойно устроится у рояля, на котором продолжит играть наш удивительный и замечательный пианист, которого зовут просто — Улдис Мархилевич!

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Еще видео

Самое важное

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить