Тренер фигуристки Кучвальской: в Пхенчхане была Олимпиада Ангелины

Один из самых часто задаваемых вопросов, который поднимался латвийскими болельщиками во время Олимпийских игр в Южной Корее, если не считать постоянного причитания — когда же латвийские атлеты возьмут в Пхенчхане медаль, касался фигурного катания. Куда делась Ангелина Кучвальская, почему она не выступает на этих Играх, что с ней, ну и все в том же духе. Действительно, ее отсутствие в составе латвийской делегации — один из самых больших сюрпризов — неожиданных и весьма неприятных.

Никому ничего не должна

Как-то в разговоре с тренером Андреем Бровенко, который на канале LTV7 в январе комментировал чемпионат Европы, я сознательно упомянул Ангелину Кучвальскую, мол, что именно она должна была выступать в Пхенчхане от Латвии. На что получил резонный ответ и, как мне кажется, очень точный: «Она никому ничего не должна».

Действительно, в чем дело, господа, кому она должна? Это, несомненно, талантливая девочка пробила для Латвии долгожданную квоту, наше фигурное катание впервые с 1994 года было представлено на главных соревнованиях четырехлетия, а самой ее там не оказалось. Все верно. И не верно одновременно.

Потому что несправедливо… Почему? Это фигурное катание, детка.

Ну очень своеобразный вид спорта, который в представлении обывателя ассоциируется не только с неземной красотой, но еще субъективизмом и интригами.

Наряду с Денисом Васильевым, в Пхенчхане, как известно, выступала 17-летняя Диана Никитина, которая в короткой программе показала 26-й результат и в произвольную, соответственно, не прошла. Сейчас не время и не место рассуждать о том, кто заслужил больше представлять нашу страну на белой Олимпиаде — юная фигуристка из Елгавы, которая, как и Васильев, с недавних пор тренируется у швейцарца Стефана Ламбьеля, или все же трехкратная чемпионка Латвии Кучвальская. Та самая красавица, которой только 19, и которая своим четвертым местом на чемпионате Европы удивила всех еще в 2016 году (тогда, в Братиславе, она уступила лишь трем россиянкам, включая героиню последних дней Евгению Медведеву).

Признаться, я тогда уже представлял ее как спортсменку высочайшего уровня, которая своими прокатами никого не оставляла равнодушным:

она завораживала, она, что называется, цепляла.

Помнится, даже такой большой авторитет — строгий и придирчивый, как Татьяна Тарасова, не жалела комплиментов в ее адрес, комментируя дуэль Кучвальской с девочками из России.

Прошло пару лет, и таких «почему» становится все больше. Почему Кучвальская ушла в тень — непонятно. Да и сама она нигде публично не выступала. На самом деле, в фигурном катании, особенно женском, такое с молодыми спортсменками случается, наверное, частенько — спорт постепенно уходит на второй план, в жизни появляются другие интересы, и результаты неминуемо падают. Кажется, с Ангелиной Кучвальской случилось то же самое.

Поставить вопрос ребром перед Кучвальской тет-а-тет в эти непростые для нее дни — неправильно. А вот ее тренеру Екатерине Платоновой, для которой вся эта ситуация также стала серьезным ударом и уроком— другое дело. Постараемся вместе разобраться — что же произошло с этой талантливой девочкой и что ее ждет в будущем.

Не ищите интриг и подковерных игр

— Можно ли сказать, что решение делегировать на Олимпийские игры в Пхенчхан Никитину, а не Кучвальскую — это исключительно решение нашей федерации?

— Изначально все боролись за Ангелину. Боролись до конца. Но время поджимало и надо было делать выбор, и он был сделан в пользу Никитиной. По вполне ясной причине. И тут не надо искать каких-то интриг или подковерных игр.

— То есть возобладал исключительно спортивный принцип?

— Поймите, Ангелина не тренировалась. Она то приходила, то уходила, была не в форме. Ей очень мешала хроническая травма голеностопа. Боль то проходила, то появлялась опять. Но до конца вылечить ногу так и не удавалось и не удается до сих пор.

— А куда смотрел тренер, извините?

— В том-то и дело, что мною и нашей командой делалось все, чтобы Ангелина вернулась в фигурное катание. И не просто вернулась, а набрала прежнюю форму. Но не пошло. Так бывает.

— Я понимаю, этот жизнь. Но что тогда пошло не так?

— Помимо травмы, тут много причин.

Все верили до последнего

— Переходный возраст?

— В том числе, давайте это так назовем. Может что-то гормональное, не знаю. Обращались мы к специалистам. В частности, к главному врачу Латвийского Олимпийского комитета Лиге Цируле. Ничего не помогло.

— То есть настолько форма была плачевной, что везти ее на Игры было бессмысленно?

— Боль была такой, что невозможно было тренироваться. Зачем тогда нужно ехать?

— В вашем виде спорта существует такая схема, что фигуристы завоевывают квоты для страны, а не личные олимпийские путевки. Получается, Ангелина сделала большое дело для страны, но не смогла в течении двух лет оставаться в форме. Так?

— Что тут скажешь? Ангелина, без вопросов, сделала большое дело для фигурного катания в Латвии, добыла квоту в тяжелейшей борьбе, потому что уже тогда наметился спад формы и гормональные изменения. Но она справилась!

Проблема, на мой взгляд, была в том, что до последнего момента она верила, что наберет форму к Олимпиаде, которую, несомненно, заслужила и думала, что руководство тоже сможет ждать до последнего. Но чуда не произошло.

Хотя в отборе на Олимпийские игры все приоритеты были на стороне Ангелины – высокий мировой рейтинг, опыт соревнований, завоеванная путевка. И она об этом знала.

— Но это, согласитесь, здесь возникает тонкий психологический момент. Ты заслужила путевку, ты и поедешь. Тут, мне кажется, все логично.

— Я, наоборот, старалась гнать из ее головы эти мысли, но, видимо, они засели у нее очень глубоко. На подсознательном уровне. Все закончилось не так, как планировалось: за неделю до старта чемпионата Латвии ей сообщили, что основной отбор на Олимпиаду будет по результатам именно латвийского первенства. Но в тот момент она была травмирована и выступать не могла. После этого стало понятно, что на нее не рассчитывают и продолжать тренироваться через боль больше не имеет смысла. Но мы не снимаем с себя ответственности, что путевку на Игры мы упустили сами.

Под прессингом высоких результатов

— Сложность и неоднозначность момента и в другом - от нее всегда ждали результата.

— Это тоже сказалось. Находится под постоянным ожиданием результата — это непросто. Это постоянный стресс. От нас ждали результата: и федерация, и ЛОК — надо занимать высокие места, Я тоже говорила — Ангелина, ты должна собраться, ты можешь, давай, не подведи. И Ангелина всегда выполняла поставленные задачи — ни разу не было так, что она не прошла квалификацию. Это касается и юниорского чемпионата мира, и всех взрослых соревнований. Не знаю, как насчет Никитиной, но находясь не в Латвии, ей психологически было легче. Диана уезжала тренироваться в Швейцарию и никто, наверное, ее не трогал. Ангелина же – местная, у всех на виду, под постоянным контролем федерации и ЛОК.

— Понять девочку можно, хотя, на мой взгляд, она должна была осознавать, что никто ей путевку на Игры не подарит, все равно надо бороться - тренироваться, грызть лед зубами. А как иначе?

— Сейчас она обижена на весь мир. Но надо с этим заканчивать. В федерации нам уже сказали, что хотят возвращения Ангелины на лед, пора восстанавливать ранее завоеванные позиции, надо начинать работать вновь.

О ревности, обидах и злости

— А нет ли ревности у Ангелины к Никитиной, которая вместо нее поехала в Южную Корею, и которая сейчас, по сути, является номером один в Латвии?

— Наверное есть все-таки. И обида, и злость может быть.

Но это нормальная реакция.

Если вы спросите — важно ли Ангелине, как выступают ее конкурентки, кто там за ней, или кто пытается ее опередить, то я вам отвечу так: Ангелина на других никогда не обращала внимания. Ей важно было самой выступить на уровне. Такая вот самодостаточность. Сегодня я всячески пытаюсь ее вернуть к прежней жизни, приглашаю на мои тренировки, чтобы она помогала мне и с маленькими, и со средними группами. Надо же с чего-то начинать.

— Главная задача, которая стоит перед вами — удержать ее в фигурном катании?

— Именно так. Надеюсь, к следующему сезону все образуется. Это жизнь. Никто же не мог предугадать, что так все обернется.

— Что она делает сейчас, она ходит на тренировки? Тем более, я смотрю, это не те времена, когда вы ютились на катке «Даугавы». Марупский ледовый дворец — совсем другое дело.

— Условия здесь просто великолепные, это наш дом. Я чувствую себя здесь как дома, очень уютно. Здесь мы с Ангелиной и занимались последнее время.

— На самом деле, если посмотреть на женское фигурное катание, не одна Ангелина вдруг исчезла со спортивного небосклона. Таких примеров уйма.

— Это женский спорт. И тут

может быть сколько угодно причин прервать карьеру на время или вовсе закончить ее. Порой внезапно, порой на пике формы.

Например, из первой десятки чемпионата Европы 2016 года осталась уникальная россиянка Евгения Медведева, ну и, с натяжкой, Мае Беренис Мейте из Франции. Держится еще одна фигуристка из Словакии Райчова,

но все они на 2-3 года старше Ангелины и этот непростой этап уже прошли. Надеюсь, что справимся и мы.

Остальные, действительно, пропали по разным причинам. Но не закончили и испытывают такие же трудности, как и Ангелина. И, знаете, в чем-то ее можно понять. Например, сейчас у нее такой возраст, когда она хочет общаться со сверстниками.

Она так и говорила мне — не хочу ждать, кода все повзрослеют, станут семейными, с кем мне тогда дружить?

Эта история стара как мир, ничего нового тут нет. Все мы живые люди, всем хочется жить своей жизнью. И все готовы, при этом, идти на такие жертвы.

Я ведь тоже оказалась не в лучшей ситуации. Ради Ангелины жертвовала другими своими воспитанницами, все эти годы больше внимания уделяя ей.

Но как получилось, так получилось.

— Я вспоминаю наших фигуристок за последние лет 10-15. Они все как одна появлялись на самом высоком уровне, выступали на чемпионатах мира и Европы, и тут же куда-то исчезали. Это такая специфика женского фигурного катания?

— Получается, да. Один-два года на высоком уровне, и все.

Потому что тяжело, потому что много других факторов влияют на карьеру. И оставаться в спорте на протяжении лет пяти — это уже подвиг. В противном случае это годы жизни, подчиненные только спорту. Это настоящая дрессировка.

Тренеры не выдерживают порой и сходят с ума, что тогда говорить о молоденьких девочках. Это только со стороны кажется, что все красиво — как говорит Женя Медведева, как себя преподносит Алина Загитова. На самом деле там форменное сумасшествие на тренировках.

В России вообще все по-другому. Наших так точно не заставишь работать.

Ответ один — я справлюсь сама

— Дрессировка дрессировкой, но ведь большое значение имеет и талант девочек.

— Ангелина всегда была очень талантливой. Как сейчас помню, когда она пришла ко мне в этом смешном платьице. И уже тогда можно было сказать — вот она, королева. Но вот насчет усердия...

Ее всегда надо было подгонять. Сознательного усердия с ее стороны не было.

Вот почему сейчас ее заставить все делать снова, это непросто.

— Для всего нужна цель, мотивация.

— Пока у нее спорт не на первом месте, тяжело все будет вернуть обратно. Но это она должна сама понять и все для себя решить, а не я ее уговаривать. На самом деле и для меня вся эта ситуация — большой опыт, с которым я теперь могу поделиться. Тут я недавно разговаривала с тренером Владимиром Двойниковым, у которого была Моника Симанчикова, завоевавшая для Словакии путевку на Игры-2014 в Сочи. Но туда она не поехала. А поехала Николь Райчова.

И все по той же причине — на первый план вышли другие вещи, но не спорт.

На радостях она всю форму и растеряла. Так что не я первая через такое прохожу. Эта такая же история. Примеров, еще раз повторю, масса. Девочки есть девочки. Наверное, с мальчиками все-таки полегче.

— Есть другой пример — итальянка Каролина Костнер.

— Но это скорее исключение — кататься на таком уровне в 31 год.

— Какой сейчас контакт с вашей самой звездной воспитанницей?

— Отношения нормальные, но от всех этих моих разговоров она устала и старается их избегать.

Я сама справлюсь — ее ответ. Она хочет сама — пускай сама.

Сейчас я так глубоко не лезу, просто даю задания и все. Но помочь я хочу и могу. Осталось дождаться, когда она это поймет. Потому как

уверена, что последнего слова в фигурном катании она еще не сказала.

Звездной болезни не было и в помине

— А может это просто банальная звездная болезнь? Как-никак, четвертая в Европе и впереди только россиянки. Вот и произошел щелчок.

— В том-то и дело, что звездной болезни у нее никогда не было. Во всяком случае ничего подобного я не наблюдала. Мне вспоминаются слова российского тренера Этери Тутберидзе в одном из ее последних интервью, что, мол, когда приходит слава, когда приходит результат, то появляются очень много доброжелателей и советчиков. У меня такое ощущение, что много людей стали ей говорить ненужные и неправильные вещи.

— Какие именно?

— Что можно кататься в Америке, например. Или еще где-то. Зачем тебе оставаться в Латвии? А там у тебя будут все условия, тебе будут все оплачивать, только занимайся и больше ни о чем не думай.

Что ты сидишь в Марупе, уезжай!

Но Ангелина очень преданная, она верная себе и будет реветь в подушку из-за того, что не может предать себя и своего тренера. Но разговоры такие все равно были, я это знаю - как там прекрасно, как здесь все плохо. Вот крышу и могло снести у ребенка.

— Ангелина сейчас с прессой вообще не общается?

— Нет, избегает. После чемпионата Европы о ней вдруг все вспомнили, когда Никитина в Москве стала только 36-й. А ведь Кучвальская с первого раза на европейском первенстве была седьмой, и тренируясь на «Даугаве», а не в Швейцарии.

— Что делать сейчас, что думает об этом Латвийская федерация ледовых видов спорта?

— Мы говорили на эту тему. Будем стараться возвратить ее в спорт. Если она снова будет тренироваться как прежде,

все вернется на круги своя. Только надо трудиться, надо пахать.

Она хочет еще и с учебой наладить дела. Ведь перед Олимпиадой она ушла на дистанционное обучение. А что сейчас? Ей скучно. Говорит, что в этом году будет переводиться на дневное отделение.

Покаталась, поплакала и ушла

— Уровень фигурного катания в последнее время сильно повысился.

— Про Россию я не говорю. Но и другие здорово прибавили. Девочки уже начинают делать четверные прыжки. То, что не хватает сейчас Васильеву. Тройной аксель он выучил у Алексея Урманова еще. Стефан Ламбьель два года работает с Денисом, но пока что я особого прогресса не вижу.

— В плане артистизма с Васильевым мало кто может поспорить.

— И раньше артистизм был отличительной чертой Васильева. Он однозначно — фанат фигурного катания, у него есть огромное желание заниматься, и оно не иссякает, он стремиться к совершенствованию. Это видно. А он занимается серьезно, по три часа на льду каждый день. Скажу честно — раньше мне Васильев нравился больше.

— И все же мне не верится, что история под названием «Ангелина Кучвальская в фигурном катании» закончилась. Я очень хочу, чтобы она не просто возвратилась, а чтобы она, пройдя через все испытания, стала еще сильнее.

— Чтобы что-то понять в этой жизни и оценить, зачастую надо опуститься на более низкий уровень. У нее сейчас многое что поменялось, она повзрослела. Даже отношение ко мне изменилось. Я это вижу, я это ощущаю. Она с детьми стала разговаривать, помогать мне, откатала тренировку, остается на льду и еще работает. Иногда работает над отдельными прыжками или что-то в хореографии поправляет. Так что не все безнадежно, я надеюсь. Раньше ведь было не так — ах, эти дети, эти родители, хочу быть одна. Сейчас нет.

Она понимает, что для тех же детей она эталон.

— В марте в Италии пройдет чемпионат мира. Полетите в Милан?

— Нет, не поедем мы с ней туда. Она не так давно начала прыгать, но снова появились боли в ноге. Если нога болит, это уже не тренировка. Вот она приходит на лед, покаталась 15 минут, нога болит, глаза на мокром месте и ушла. Зачем меня мучить, зачем ей мучиться? Сейчас надо подождать, чтобы у нее все наладилось дома, в личной жизни, с учебой. Тогда и все остальные проблемы, уверена, уйдут.

Самая большая мечта спорстмена

— Извините за прямой и провокационный вопрос — а может ей поменять тренера?

— Думаете, это панацея от всех бед? Сколько таких было вариантов... И в соседней Литве, и в Европе. Девочки меняют тренера, уезжают в США, и через какое-то время возвращаются, еще говорят — сдуваются.

И тогда становится понятно, смена тренера идет в минус, а не на плюс. Зачем дергаться?

Почему никто не заикался о смене тренера, когда мы добивались успеха? Как только неудачный сезон – сразу все менять? Если мы были на Европе сначала седьмыми, потом четвертыми, а на мире 16-ми и 15-ми, значит все делали правильно. То есть не просто выстрелили один турнир, а стабильно подтверждали свой уровень. Да и приглашения на взрослые этапы Гран-При говорят сами за себя. Я благодарна Ангелине, что в такое сложное для обеих нас время она осталась предана мне. И я верю, что все еще возможно. Ей только 19 лет.

— Еще я понимаю, когда между тренером и ученицей произошел конфликт. А в остальном…

— То же самое у детей, когда начинается беготня от одного тренера к другому. Толку, поверьте, не будет.

— Во всей этой ситуации с Ангелиной вы себя ощущаете жертвой?

— Да нет, что вы. Жертва - это слишком громко сказано. Ладно я – не сейчас, может быть, позже будут другие ученицы, может мне в следующий раз повезет с Олимпиадой. Речь о другом — это была Олимпиада Ангелины. Ее жалко.

Олимпиада — это же что-то особенное, это то, ради чего и занимаются всю жизнь спортом. Это самая большая мечта у спортсмена.

— У меня такое ощущение, что выступи она на в Южной Корее, еще несколько лет могла бы находится в элите фигурного катания, на самом высоком уровне. Или я не прав?

— Да, все правильно, и эта прошедшая уже Олимпиада по потенциалу и возрасту Ангелины могла стать для нее первой и наверняка не последней. И в элите мирового фигурного катания она могла бы находится еще долго. Но мы предполагаем, а Бог располагает. Но все образуется, я уверена. Вы еще увидите прежнюю Ангелину.

0 комментари
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
Спорт
Спорт
Новейшее
Популярное
Интересно