Многих пугают подростки — мама движения приемных семей в Друсти

Аида Вашиле, имея своих троих детей, с годами стала мамой для еще 15 приемных мальчиков и девочек, называющих ее Бабулей. Теперь трое ее детей создали свои приемные семьи, и эти дети, как и внуки, тоже зовут ее так. По примеру Аиды в Друсти возникло движение приемных семей — опирающаяся на общество услуга, позволяющая детям, оставшимся без попечения кровных родителей, расти в семье.

Семья, школа и Друсти

«Школа в Друсти — мое единственное место работы на протяжении 40 с лишним лет. Долгие годы я была ее директором, и за это время мы вместе с супругом Янисом вырастили не только своих, но и приемных детей. В наших краях я стала первой приемной мамой. Как директор школы я проводила разнообразные мероприятия, куда приходили почти все родители учеников основной школы. Я видела, как мало у нас детей и, думая о будущем родного края, многих взрослых уговаривала идти на курсы приемных семей и брать детишек на воспитание. Некоторые откликнулись, и у нас сложилось сообщество из 11 приемных семей. Мои дети остались жить в Друсти, любят работу в школе, вырастили своих сыновей и помогают расти другим детям.

Получилось так, что сейчас в каждом классе нашей основной школы из своих биологических семей происходят всего один-два ученика, остальные дети приемные. Все они очень славные, полагаю, что учителя ко всем подходят одинаково.

Поначалу, когда в Друсти появились первые приемные дети, я как руководитель старалась, чтобы отношение к детям из родных и приемных семей было равным, чтобы их не сортировали. Учителя с пониманием относятся к детям и принимают, что каждый ребенок такой, какой есть. Подход к детям уважительный, с пониманием, хотя эти дети подвижнее и чаще нарушают учебный процесс. В подростковые годы найти приемную семью труднее всего. Многих пугает этот возраст. Мы сумели помочь этим детям улучшить успеваемость и сблизиться с родителями.

У нас образовалась хорошая группа поддержки приемных родителей в Смилтене, где доступны услуги психолога и других специалистов. У меня были дети, которые с трудом ходят, не разговаривают — и тут очень нужна квалифицированная помощь. Она необходима большинству приемных детей, так как они очень тяжело пострадали. Ничто не меняется сразу, но где-то на полпути, когда начинаешь замечать плоды своего труда, испытываешь удовлетворение», — рассказывает Аида Вашиле.

Первые приемные дети

«Первых приемных детей в Друсти приняла я, мои дети уже выросли, учились в Риге. Было это 26 лет назад. Детские дома проводили в Друсти летние лагеря, я всегда в этом участвовала, и иногда дети приходили к нам домой, и я взяла одного мальчика под опеку. Он рос у нас с четырех лет, стал еще одним любимым сыном, теперь приезжает в гости. Когда он был уже в подростковом возрасте, государство стало организовывать курсы приемных семей.

Разговор Аиды с приемной дочкой:

— Ты моя мама, Бабуля, никакой другой мамы у меня нет.
— Я понимаю, милая, но мама есть мама... и мы не можем знать, в какой миг она сломалась.
— Ну как же, когда у нее ребенок умер.
— Мы не можем никого осуждать, мы не жили его жизнью.
— Но я все равно никогда этого не пойму!
— Придется понять.
— Я не понимаю, как можно пить.
— Деточка, мы же про это так много говорили! Это не просто так, это болезнь, и труднее всего вылечиваются женщины.

Так в нашу семью вошли приемные дети. Когда такому ребенку исполняется 18 лет, государство обязано обеспечить его всем для начала самостоятельной жизни. Но в этом возрасте они еще учатся, например, Алине 21 год, но она еще осваивает профессию. Поэтому дети и продолжают жить у нас, пока действительно не смогут твердо встать на ноги. Всего у меня росло 15 детей, восемь и сейчас здесь.

У нескольких приемных детей серьезные проблемы со здоровьем, их надо водить к врачам, на занятия. Мой муж Янис большую часть дня проводит в пути. Я прошла также кризисное обучение приемных семей. Иногда ребенок в кризисной ситуации нуждается лишь в поддержке и утешении. Обеспечить это могут многие семьи, нужно только пройти обучение.

Ко мне пришло понимание, что нет двух одинаковых ситуаций. У кого-то родители алкоголики, которым дела нет до собственных детей, другие, напротив, их любят. Есть родители, все время твердящие: «Я люблю своих детей», но у них нет понимания, что это означает. Они не могут воспитывать детей, так как не способны элементарно позаботиться о себе или сами нездоровы.

В мою семью дети приходят надолго. Но, если возможно, я стараюсь, чтобы они не теряли контакт с биологическими родителями. Начав самостоятельную жизнь, они все равно никуда не исчезают. Сейчас Давис каждый день звонит из Нидерландов, шлет SMS: «Как мне вас не хватает!» Если кто-то оценит — ты такого хорошего ребенка вырастила! — это больше всего придает силы и вдохновляет. Горжусь всеми своими детьми, и это подтверждают полученные дипломы в масштабе страны. Несколько раз нас — меня, родных и приемных детей — приглашали на прием к президенту Латвии», — продолжает приемная мама.

Все только детям

«Все в этом доме подчинено детям. У меня образовалась своего рода антенна, когда я чувствую, справлюсь или нет. Был один ребенок, про которого я через три дня сказала, что все же с ним не справлюсь. Там был нужен кто-то помоложе, способный за ним угнаться. Мы все любим попавших к нам детей. Знаете, временами бывает так, что ты попросту не можешь их не взять.

Теперь, когда я уже в почтенных годах, мне иногда даже легче, так как в доме есть большие дети и маленькие дети. Старшие присматривают за младшими. Еще помогает громадный опыт — больше 26 лет с приемными детьми. Как в какой ситуации действовать, никакие курсы не научат.

Нам не всегда приходится легко. Особенно трудно, когда ребенку от 11 до 16 лет. Если скажешь что-то резкое, надо уметь потом приласкать, сгладить. Недостаточно того, что я педагог, нужны еще некие способности или силы, чтобы справляться. Ведь не от хорошей же жизни дети к нам попадают.

В детских домах сейчас работают очень мудрые педагоги, но детям все равно там живется нелегко. Труднее всего тем, у кого разного рода нарушения. Им легче с приемными отцом и матерью — семья одна, и требования у всех одни. А если работники сменяют друг друга, причем один требует одно, второй — другое, третий — третье, ребенок, и без того испытывающий проблемы с восприятием и поведением, попросту теряется, не понимает, чего от него хотят. Доверенных лиц тоже не может быть много: ребенку нужен кто-то один, кому действительно можно сказать, что у него на сердце.

С любовью так, что поначалу есть только жалость. Ты смотришь на ребенка и безмерно его жалеешь. Но со временем ты так же безмерно начинаешь его любить, и я всегда хочу видеть, как они вырастают», — добавляет госпожа Вашиле.

*Публикация создана в ходе информационной кампании об изменении отношения общества к людям с нарушениями душевного характера, детям с функциональными нарушениями и детям, оставшимся без семейной заботы. Заказчик кампании — Министерство благосостояния ЛР в рамках финансируемого ERAF проекта деинституционализации.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить