Дети чувствуют вину за то, что произошло — приемная мама

«Самое сложное с детьми — развивать с ними эмоционально близкие отношения. Это самая трудная вещь, потому что самые близкие их взрослые люди — родители — их бросили, предали, и поэтому эти дети не доверяют взрослым, они их не уважают. Это самая большая их травма — травма отношений. И это меняется очень медленно», — рассказала в интервью LTV7 Даце Гертруде Паулите, участница проекта «Создай семью».

У Даце Гертруде две родные дочки, но она также приняла в семью приемных сыновей.

«Я об этом думала уже давно, никак не могла решиться. Я, конечно, выбрала эту форму — приемная семья — потому что не была уверена, что хочу усыновлять. Это для меня очень хороший компромисс. За эти 6 лет у меня жили четверо детей — двое маленьких и двое больших. Пока только мальчики... Маленькие были 3 года, 2,5 года. Большой ребенок, первый подросток мой, пришел в 12 лет, потом второй, ему было 9 лет», — рассказала она.

«Если не все, но большинство людей в своей жизни хоть один раз задумались об этом вопросе — взять ли ребенка, особенно женщины. Но не все на этот шаг решаются. Я из тех, кто решился», — добавила Даце Гертруде.

Она поделилась: сначала и не думала брать в семью подростка. «Это случилось нечаянно. Я тоже, как и большинство людей, хотела только маленьких. Но как-то мне позвонили и предложили мальчика 12 лет. Я сначала сказала: «Нет, нет, нет! Не поеду, я боюсь». Но все-таки мы с дочерью решили — давай поедем, посмотрим... Ей тогда было 13 лет, мальчику 12...

Я с большими страхами поехала туда, с предрассудками, конечно, но когда я вошла в этот детдом, когда я посмотрела на этих детей, когда я поговорила с этим мальчиком, мне очень трудно было сказать ему «нет». Я не могла.

Хотя я не была уверена, надо мне его брать или нет. Но в этих моих сомнениях помог сам мальчик, он меня сразу назвал мамой. И это мне помогло решить», — указала гостья студии.

Она добавила, что сложности — и в общении с детьми, и во взаимодействии с обществом. «Самое сложное с детьми — развивать с ними эмоционально близкие отношения. Это самая трудная вещь, потому что самые близкие их взрослые люди — родители — их бросили, предали, и поэтому эти дети не доверяют взрослым, они их не уважают. Это самая большая их травма — травма отношений. И это меняется очень медленно.

Вторая трудность — очень часто эти дети чувствуют вину за то, что произошло в их семье. Они считают, что это их вина, и они считают, что они плохие, и своим поведением они доказывают, что плохие.

И третья большая трудность, с которой я сталкивалась — с обществом. Некоторые школы до сих пор не хотят принять таких детей, не помогают им, но своим поведением усугубляют чувства детей, что те плохие...

Эмоционально не принимают. Я испытала такой опыт: ребенок провел только полтора месяца в новой школе, и мне просто прямым текстом сказали: «Заберите его». Я не забрала. И потом многие учителя писали заявления, что они уходят из-за моего мальчика», — отметила она.

Гостья студии добавила: каким-то образом все узнают, что ребенок приемный. «Я согласна, что это не должны знать, но как-то очень быстро это все сразу знают...

Я знаю, что я сама это не говорю, не рассказываю об этом, но как-то все сразу это все знают. Значит, я считаю, эта информация от школы идет. Потому что все родители одноклассников сразу все знают, очень быстро».

На то, чтобы растопить сердце ребенка, требуется время. «Это все очень медленно идет, через год только все начинается — раньше ничего не происходит. Это терпение, терпение и еще раз терпение, конечно, понимание, что происходит с ребенком. Хорошо, что у нас есть обучение о последствиях травмы, и поэтому нам легче понять, что с ребенком, и не воспринимать это лично», — поделилась Даце Гертруде.

Кроме того, дети адаптируются с разной скоростью. «Мой сын — я уже считаю, что он мой сын — меня сразу, в первые минуты, когда я в детдом только вошла — чужая тетя — назвал мамой. Это, конечно, еще оказало на меня влияние. Другой большой мальчик стал называть меня мамой, может, месяца через 3-4, постепенно. Один раз назовет мамой, другой — по имени. Пока ему это стабильней», — отметила она.

По словам Даце Гертруде, отношения складываются по-разному. «Поскольку я со своими дочерьми уже раньше говорила, что я хочу такое сделать, что я хочу взять ребенка из детдома, и все только говорила об этом и никак не решилась, они уже не могли дождаться, они уже спрашивали, когда будет братик... Конечно, с маленькими детьми легче, потому что мои дочери уже старше были.

С подростками было немного не так просто. Не скажу, что сложно, но первый год они осторожно друг к другу относились, но теперь уже все хорошо, теплые отношения».

Она также дала несколько советов тем, кто сомневается, брать ли в семью ребенка. «Прислушиваться к себе. Не слушать всякие истории соседей, родственников, знакомых. Я советую найти семью, которая уже сама через это прошла. Конечно, я от всего сердца советую использовать поддержку, которую предлагает движение «Плечо». И, конечно, ответить себе на вопрос, почему я этого хочу. Хотят ли остальные члены семьи? Как мы с этим будем справляться?».

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Общество
Новости
Новейшее
Интересно