ТЧК

ТЧК. Будет ли у латвийских Covid-сертификатов «срок годности»?

ТЧК

ТЧК. Латвийская эCOVIDномика — прививка от кризиса

ТЧК. Родину люблю, но государство не терплю?

Нас в ноябре выгнали из камер во двор без пальто — беженка из Беларуси о пребывании в СИЗО

Журналистка Наста Захаревич эмигрировала из Республики Беларусь почти год назад и позднее получила в Латвии политическое убежище. Она рассказала в передаче Rus.LSM «ТЧК», почему, как и многие другие белорусы, вынуждена была уехать, и выразила надежду, что это всё-таки не навсегда. Свою историю она называет типичной для медиасферы в родной стране.

«Я освещала протесты летом 2020 года, работала «в поле». За что была дважды задержана, отправлена под административные аресты, и после второго ареста, когда я уже официально была свидетелем по уголовному делу, Следственный комитет проявил ко мне очень своеобразный интерес: со скрытого номера позвонили жене моего отца, представились — мы из Следственного комитета, и попросили мой контакт. Это выглядело как абсолютно глупая придумка — этакая манипуляция, показать, что мы до тебя дотянемся. Потому что все мои контакты у них есть, это во-первых, а во-вторых, после двух арестов, кучи протоколов и всего прочего, у них есть абсолютно все мои контактные данные... Я в тот же день связалась с подругой, взяла две сумки, из квартиры выехала, и всё. Спустя 10 дней я была в Латвии».

На вопрос ведущей передачи «ТЧК» Алены Борисовой, почему настолько радикально нужно было действовать — и знала ли Захаревич точно, что за нею придут, журналистка пояснила:

«Нет, не знала, но есть такой нюанс: когда ты знаешь точно, уже часто бывает поздно. 

Я не была уверена, придут ли завтра-послезавтра или не придут вообще. Но вот такой интерес мне показался очень подозрительным. Я была не готова сейчас оказаться снова в неволе, мне было очень тяжело и физически и морально после арестов. Буквально в тот день, когда я освободилась второй раз, возбудили уголовное дело на журналисток «Белсата». Стало ясно, что журналисты — прямо на линии огня. До того мы говорили об административных делах, о том, что придется посидеть две недели, а если очень не повезет, то четыре недели, то тут речь шла уже о вполне реальном уголовном преследовании... Я понимала, что не готова.

Было очень сложно решаться! Вдруг я преувеличиваю, драматизирую? Да кому я нужна?»

Наста одна из тех, кто побывал в овеянном мрачной славой минском изоляторе на Окрестина.        Она рассказала, что впервые ее арестовали 5 сентября, в период затишья на Окрестина, когда всё было нормально: передавали передачи, спали задержанные на матрасах с постельным бельем, днем разрешалось лежать на шконках.

«Сейчас это всё звучит как санаторий какой-то. Но даже в таких условиях это было очень тяжело морально. В ноябре всё уже было гораздо сложнее! Я и в переполненные камеры попадала, и этапов у меня было два. Сначала из Окрестина в Жодино, а потом из Жодино в Могилев... И

страшнее в моем случае было Жодино. Там был яркий свет круглосуточно, его не переключали ночами на режим «луны». И радио с госпропагандой на полную громкость 12 часов в сутки.

Мы его в итоге заклеили гигиеническими прокладками (их женщинам передают с воли в промышленных количествах, и из них много всего, оказалось, можно смастерить).

Люди жестокие работают и там, и там. Ожесточились и в Могилеве, и в Барановичах. Нет, лично меня, к счастью, не избивали. Но во время второй моей отсидки

в ноябре нас с сокамерницами при температуре на улице, по ощущениями, градусов около пяти выкинули без верхней одежды из камеры во внутренний дворик — потому что мы в камере пели песни».

Выбор Насты пал на Латвию и, по ее словам, был продиктован стечением обстоятельств.  Изначально рассматривалась Украина. Но Захаревич сообщили, что в Латвии будет небольшая реабилитационная программа для журналистов и общественных активистов:

«Даже не то что большая реабилитация ,а просто возможность побыть на природе, спокойно поспать пару недель — без страха, что в семь утра тебя разбудят обыском».

Кто именно рассказал о такой возможности, Захаревич не разглашает, потому что некоторые эти люди до сих пор находятся в Белоруссии, и для них существует риск репрессий. Но такая информация в «своих кругах» вращается, хотя и негласно, подтвердила она.     

С 10 декабря 2020 года Наста живет в Латвии. По ее словам, потеряв всю прежнюю жизнь, она все еще не пришла в себя, ощущает растерянность и не строит планов на будущее. Говорит, что вернуться в Республику Беларусь хотелось бы, но только когда в стране произойдут перемены к лучшему.

После фальсификации итогов президентских выборов в Республике Беларусь и жестоком подавлении народных протестов режимом Александра Лукашенко Евросоюз осенью 2020-го объявил о санкциях против должностных лиц РБ, а ОБСЕ заявила о нарушениях прав человека в Белоруссии. Позднее, 23 мая 2021 года, как сообщал Rus.Lsm.lv, самолет компании Ryanair, выполнявший рейс Афины — Вильнюс, был принудительно посажен в Минске. Находившийся в нем создатель белорусского оппозиционного телеграм-канала Nexta Роман Протасевич задержан. После этого Европа закрыла свое небо для воздушных судов белорусских авиакомпаний, и против режима Лукашенко были введены новые международные санкции.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Популярные
Рекомендуем

Уведомляем, что на портале Lsm.lv используются т.н. cookie-файлы (cookies). Продолжая использовать портал, вы соглашаетсь с размещением и хранением cookie-файлов в вашем устройстве. Подробнее

Принять и продолжить