Фотограф Анна Рябова: главное — сочинить идею, а мастерство — дело наживное

Анна Рябова родилась в Минске, 20 лет прожила в Санкт-Петербурге, теперь живет в Риге и за пять лет стала у нас человеком узнаваемым, заметным. Галерея D84 на улице Дзирнаву, 84, открылась недавно, и первым фотохудожником, которого пригласили выставить там свои работы, стала Анна Рябова.

— На этой выставке я увидела таинственные латвийские пейзажи. И поняла, что вам у нас хорошо. Красоту местной природы вы, может быть, чувствуете острее, чем тот, кто здесь родился.

— Это, что называется, незамыленный взгляд. Когда я переехала в Петербург — поначалу не понимала, как люди могут просто ходить по этим улицам и не смотреть на дворцы, набережные. Потом, конечно, и у меня глаза опустились, и я сама стала воспринимать красоту зданий как что-то само собой разумеющееся. По долгу службы я часто бывала в Париже и не хочу, чтобы с ним повторилась та же история. И потому, когда меня спрашивают, хотела ли бы я жить в Париже, отвечаю: нет! Я не хочу переезжать в свой самый любимый город — чтобы волшебство не исчезло. 

— В Риге оно пока не исчезло?

— Нет, у меня нет нужного погружения в культуру из-за отсутствия языка. Так что еще есть ресурс.

— Но ведь глаза уже пять лет на все это смотрят! Я ожидала увидеть архитектуру, но вы от этого ушли. Такое впечатление, что были в вашей жизни города, а теперь — ура!  — появилась природа.

— Это был выбор галереи — они захотели представить осеннюю тему. Пока у меня лучше всего налажены отношения именно с пейзажной фотографией — я часто езжу в фототуры, сейчас собираюсь в Шотландию.

— И на Кемерские болота — чем не фототур?

— Да, только коротенький. Пейзажная съемка, наверное, — самый доступный жанр: тебе не нужно выставлять освещение, тебе не нужна модель, ты едешь, идешь, смотришь и снимаешь, если повезло со светом, туманом, если у тебя есть какой-то технический прием и ты можешь увиденное каким-то неожиданным образом преподнести. Природа всегда красива, особенно если ее подавать в эстетике минимализма, которая мне близка. Если это просто красивый вид — по свету, по цвету — меня он не устроит, мне все равно нужно уйти в какой-то минимум. Мне достаточно веточки, палочки, цветочка одного. И дома пусть будут не видны — пусть они где-то в туманах прячутся.

— Казалось бы — люди с камерой в руках всего лишь документируют действительность, но у каждого она оказывается какая-то своя. Фотограф стоит перед выбором — снять автомобиль или подождать, пока он скроется в красивом тумане. Но через 50 лет будет интереснее уже сам автомобиль, а не авторский взгляд на него. Яркий творческий почерк через 50 лет может уже просто помешать восприятию.

— Фотография в любом случае фиксирует то, на чем остановился именно твой взгляд, и объясняет, почему снято то, а не что-то другое, и почему так, а не иначе. Так что творческий момент присутствует в ней всегда.

— Она стала самым доступным видом искусства — ею занимаются все и всем кажется, что они умеют это делать. Дилетант уверен, что снимает примерно так же, как профессионал, просто чуть менее гладко. Он не комплексует, не хочет учиться и не знает, зачем это нужно.

— Тем сложнее работать профессионалу — требования к нему ужесточились.

— Фотография, которую можно отнести к категории «актуальное искусство», держится на идее, и техника, качество преподнесения этой идеи переместилось на десятое место. Даже профессионалы, которые еще недавно работали очень грамотно, стали изображать «свободно ходящую руку», добавлять шероховатости в композицию. Человек умеет, но изображает, что не очень умеет. Иногда кажется, что теперь модно не быть профессионалом. И вы попали именно в эту ситуацию.

— В этой ситуации очень важно, имея знания, образование, насмотренность, выбрать из огромного ассортимента инструментов, которыми обладает сегодняшняя фотография, подходящие именно для тебя. Профессионализм в нашем деле предполагает умение при немыслимом количестве конкурентов не потеряться и придумать что-то свое, выработать свой почерк.

Я росла в творческой семье: родители — архитекторы, отчим — художник Николай Байрачный. Он занимался и книжной иллюстрацией, и мультипликацией, и графикой, и керамикой, и скульптурой, в детстве я все это наблюдала. Но главная идея, которую вложил в меня отчим, — что

мастерство дело наживное, главное — сочинить идею, что-то такое, до чего еще никто не додумался,

а реализация задуманного — уже второй этап, пусть и очень важный. Мы говорили обо всем, что касается искусства, я могла листать книги по живописи часами, и все приходившие в гости взрослые должны были делать это вместе со мной. Я как будто проводила для них экскурсии.

— Сколько лет было экскурсоводу?

— Семь-восемь-девять. Мне всегда казалось, что нет ничего лучше и надежнее искусства, потому что время идет, что-то исчезает, что-то появляется, а цементирует, скрепляет прошлое с будущим именно оно. Мы знаем об античности через искусство, о Средневековье — через искусство... Мне, конечно, надо было идти на факультет искусствоведения, но набор там был не каждый год, и я поступила на факультет французского языка Государственного лингвистического университета. Когда мы с мужем переехали в Петербург — занималась турами во Францию, а когда появились дети — окончила гидовские курсы, стала водить французов по Петербургу. Теперь у меня есть лицензия гида для работы в Латвии.

— Водите в том числе и латышские группы?

— Нет, от этого я еще очень далека, потому что не владею языком на должном уровне. Но я хочу выучить латышский, очень хочу.

— Не «мне нужно», а «я хочу»?

— Сейчас прямо вот так хочется! Уже пять лет мне приходится извиняться: я недавно живу в Латвии и потому не говорю по-латышски. Думаю, на шестом году это уже не прокатит.

— То есть не говорить — значит оставаться чужаком?

— За знанием языка всегда стоит целый пласт культуры — таким паровозиком присоединяется. С человеком, который живет здесь и является носителем этой культуры, мне хочется говорить на его языке. Чтобы не мне было проще, а ему. Это момент уважения! Это не то чтобы мой вклад в ситуацию — просто правильная тенденция.

Я, как филолог, понимаю, сколько сложностей влечет за собой стремление сохранить язык, и уважаю такое стремление.

Если кто-то возвращается из Франции и рассказывает, как недружелюбны французы, будьте уверены: этот человек не говорит по-французски. И я ни разу не слышала ничего подобного от людей, которые языком владеют.

— Быть здесь чужой вам явно не позволит проект иллюстрированных рассказов о Риге с игривым названием «Монин гараж».

— Однажды я увидела книжку «Истории московских домов, рассказанные их жителями». У меня все время вертелась в голове мысль что-то подобное сделать о Латвии — это совпадало с моими гидовскими и фотографическими интересами. Мы с Соней Головковой — она тоже фотограф и тоже недавно переехала в Ригу, но из Москвы, — проанализировали, что там сделано хорошо и что можно было бы сделать иначе.

— Вам показалось, что там сильные иллюстрации и слишком сухие тексты?

— Да, и мы решили сделать свои тексты живыми. Чтобы это были яркие житейские истории рижан, связанные с домами. Однажды мы проходили мимо замечательного Двора Конвента, и не менее замечательная Симона Шульман рассказала о бывшем гараже, который раньше был там, где теперь — галерея «Апсида». Решили, что название «Монин гараж» могло бы объединить весь проект, и стали свою идею развивать. Мы с Соней знаем Ригу только такой, какая она сейчас, у нас здесь нет воспоминаний. Так что пусть рижане рассказывают свои личные истории, а мы будем фотографировать наш с ними общий город.

— И проект может вылиться в следующую выставку.

— Вполне возможно:

я точно знаю, что следующий этап будет отличаться от нынешнего.

А нынешний помог разобраться в уровне моих взаимоотношений с фотографией. Да, я ей уделяю много времени — обучение идет в режиме нон-стоп. Путешествую только с камерой, маршрут тоже определяю, исходя из его фотографической ценности, но дать оценку этому процессу я смогла только сейчас. Увидела свои работы, напечатанные и развешенные, и поняла: мой глаз выискивает и выделяет незначительную, но главную деталь в чем-то, казалось бы, совсем незаметном, непримечательном.

Фотография рассказывает обо мне больше, чем я сама о себе знаю.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Культура
Культура
Новейшее
Интересно