Остров Рухну: как он достался Эстонии, а не Латвии

1919 год. Молодые страны Балтии еще воюют за свою независимость, но уже начинают проводить между собою границы. И остров Рухну (по-латышски Роню), где практически не живут эстонцы, оказывается частью Эстонии. Что же случилось, почему именно так распорядилась история?

Жителям Латвии, глядя на карту, кажется логичным: казалось бы, эта земля должна быть латвийской. Ближайшая к Ронюсале суша – это наш родной мыс Колка. Всего 36 км отделяют Латвию от него. Ближайшая к Роню столица – Рига, до нее 110 км. До Таллина — вдвое дальше. Ближайший порт — латвийская Роя, 45 км до нее плыть. И исторически различные государственные образования на острове были территориально связаны с Латвией, но не с Эстонией. Перед Первой мировой войной остров Роню в составе обширной  Российской империи являлся частью Витебской губернии. Так почему же он не наш? — задаются вопросом в Латвии.

Делить пограничные территории с соседями Латвийская республика начала, как только стала независимой. Нередко раздел шел под эгидой западных союзников, потому что переговоры шли нелегко. С братьями-литовцами — о Паланге, Мажейкяе, Илуксте и Даугавпилсе. С россиянами – о Пыталово (Абрене). Но особенно жесткие споры шли с эстонцами о Валке-Валге и Ронюсале.

Эстония не только раньше Латвии объявила о независимости, но и конституцию успела раньше принять, чем и закрепила свои «права собственности» на остров Роню. Эстонцы же первыми высадились там. Хоть и не сами они решили судьбу этого клочка земли: на нем тогда не жили ни они, ни латыши.

Со времен, когда в регионе правила Швеция, единственными обитателями острова Роню (в переводе с латышского – Тюленьего) были шведы — охотники на тюленей. Их главным промыслом являлась продажа тюленьего жира в ближайшие порты, в основном в Рижский.

Роничане никогда не были подданными кого бы то ни было — у них был свой выборный старшина, и все решения принимались на вече, собиравшемся у церкви. К шведам-то Эстония летом 1919-го и направила своих послов в надежде на их благосклонность.  В Таллине нагрузили корабль «разменной валютой» для переговоров: солью, керосином, мукой, кожаными изделиями, оружием и патронами. Алкоголь тоже не забыли – хотя обитатели острова славились своей трезвостью.  

Когда судно подплыло к острову, эстонцы еще несколько часов не могли ступить на берег: первый этап переговоров с осторожными хозяевами и их элдерманом прошли на воде.

У роничан, разумеется, не было никакой эмоциональной мотивации юридически принадлежать Эстонии. Они бы предпочли оставаться «ничьими», как и до того. Но шведы понимали, что главные богатые тюленями охотничьи угодья на север от Роню фактически находятся в руках гостей. Это уже были территориальные воды Эстонии. Присоединись они к столь близкой Латвии – останутся без своего основного промысла. А кроме того – на других «эстонских» островах уже живут сородичи-шведы. Сблизиться с Латвией означало бы утратить связь с ними и с этнической метрополией – Швецией.  

 Итак, обменяв привезенные товары на тюлений жир и получив согласие островитян быть лояльными эстонскими гражданами, правительственные делегаты могли спокойно плыть обратно в Таллин. Над вечевой площадью перед церковью  остался развеваться флаг Эстонской Республики.  

Впрочем, «медовый месяц» с новой властью длился недолго: обитатели острова были недовольны высокими налогами, запретом на вырубку деревьев в теперь государственных лесах  — и направили петицию шведскому правительству, прося об аннексии. Утихомиривать возмущенных островитян направилось еще несколько эстонских делегаций с новыми посулами. Жители Роню добились права для призывников из их числа служить не в армии на материке, а тут же на острове, на маяке.

Где же в этой истории Латвия? Через несколько недель после визита первой эстонской делегации на Ронюсалу прибыли латыши. Командир Северолатвийской бригады полковник Йоргис Земитанс прислал на разведку всего одну лодку. Увидев эстонский флаг, гребцы развернулись восвояси.

У временного правительства Латвии судьба острова в тот момент не стояла в повестке дня. Ведь в стране одно за другим сменились тир правительства и шли кровавые бои. Латышам здорово помогла армия Эстонии, особенно в Цесисских боях, где был разбит кабинет Андриева Ниедры. Но уже тогда было ясно, что взаимовыручка новых государств – не прекраснодушие, а трезвый расчет.

Эстонцы согласились помочь, получив обещание от правительства Улманиса отдать им всю Валку, но взамен Латвия должна была получить Ронюсалу. Однако позднее Улманис от этого соглашения отказался. Логично, что эстонцы сочли себя обманутыми, и для них владение островом превратилось в принципиальный вопрос.

Уже после начала переговоров о границе в 1922-м стало ясно, что Роню Латвия не получит. Латыши ведь незадолго до того тоже проявили неуступчивость в вопросе о Валке...

А конституция Эстонии еще в 1920 году гласила, что Роню/Рухну – это ее земля. Несмотря на все усилия главы МИД Латвии Зигфрида Анны Мейеровица (который даже пытался подать в отставку, но Улманис ее не принял), именно ему, тогда уже премьер-министру, с тяжелым сердцем пришлось в 1923-м поставить свою подпись на пограничном договоре, похоронившем последние надежды Латвии в связи с этим островом. В прессе делегацию нещадно бранили. Через несколько месяцев правительство Мейеровица пало.

Канули в прошлое предусмотренные пограничным договором планы – Латвии было разрешено построить на острове нужную ей портовую инфраструктуру: гавань, склады, радиометеостанцию, даже взлетную полосу для самолетов. Но в 20-х решено было деньги на это не тратить. И всё, что теперь связывает жителей Латвии и Ронюсалу – ностальгическая грусть о близком острове в море, который нашим так и не стал. Отчасти эта ностальгия делает его теперь столь популярным у латвийских туристов. Это тоже преемственная тенденция: в 1939-м спущенное Улманисом на воду судно Banga уже катало туристов туда.

Самим эстонцам остров оказался вроде чемодана без ручки: за десятилетия они там ничего приличного не построили, да и не торопятся туда переезжать. В 1930-х на 280 душ населения пятеро были эстонцами. Шведы эвакуировались в конце Второй мировой, опасаясь прихода советских войск, и лишь тогда Роню остался в распоряжении Эстонии по-настоящему.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

История
Культура
Новейшее
Интересно