#LV99плюс Жизнь агента Нюхи от литовского лагеря до школьной линейки

Весной 1918 года Янис Шмитиньш (он же — агент «Нюха») находится в местах заключения.

ПРОЕКТ

Проект #LV99плюс, начатый осенью 2017 года в честь столетия Латвии, близится к финишу. Мы прожили с виртуальными персонажами этого исторического сериала более двух лет — с осени 1917 до ранней зимы 1919-го. Однако просто оставить наших героев на пороге 1920 года мы не можем — и потому коротко рассказываем о том, что же с ними было дальше.

Ранее он сотрудничал с германскими оккупационными властями, поэтому рассчитывал передать нужную информацию и выйти на свободу. Однако его контакт в полицейском управлении покидает свой пост, агентское дело теряется, гражданин Шмитиньш предстает перед судом. Его приговаривают к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в трудовом исправительном лагере. Осужденного Шмитиньша с группой других большевиков этапируют на территорию Литвы — в исправительно-трудовое учреждение под гор. Каунас. Во время германского наступления 1918 года, по собственным словам Шмитиньша, вновь «не свезло, тля»: большевики остаются в заключении. Новая литовская власть опасается, что на свободе эти лица с неустановленным гражданством займутся саботажем и шпионажем в интересах Красной армии, которая начала боевые действия наступательного характера. Таким образом, гр. Шмитиньш в литовской тюрьме отбывает наказание до осени 1920 года, а затем его экстрадируют в Латвию, так как, по словам самого Шмитиньша, он теперь «невесть какого ляду получается нафиг ейный гражданин».

Гр. Шмитиньш вскоре восстанавливает контакты с рижскими коммунистами. Отбывание наказания в литовском лагере исключает подозрения, что он может быть «стукачком легавых». У гр. Шмитиньша не обнаруживается склонностей к выступлению с трибун или писательству подрывных материалов, однако выясняется, что он физически силен и вынослив.

Следовательно, в партии того времени он может быть задействован для выполнения двух задач. Во-первых, коммунистам, обладающим ораторскими способностями, необходима охрана. Во-вторых, взгляды «нахрен сошедших с истинного пути» соцдемов и их сторонников исправляют не только аргументами, но и посредством физического воздействия. Во второй половине 20-х и начале 30-х гр. Шмитиньш регулярно участвует в уличных стычках с членами организации «Рабочий спорт и страж» (Strādnieku sports un sargs). Насилие привлекает внимание силовых ведомств, гр. Шмитиньша не раз задерживается и арестовывается.

После особенно жестокого столкновения летом 1933 года гр. Шмитиньш предстает перед судом, который приговаривает его к 2 годам лишения свободы. Таким образом, переворот 15 мая 1934 года гр. Шмитиньш встречает в Центральной тюрьме. «Вот ведь, тля, ржака — соцдемских чистоплюев так само через нашу академию тож пропустят!».

Из тюрьмы гр. Шмитиньша освобождают осенью 1935 года. Он немедленно возвращается к товарищам по партии. Ситуация меняется: в борьбе с «общим врагом» Улманисом гр. Шмитиньш терерь стоит в одном ряду с социал-демократами. На одной из подпольных встреч он узнает члена «Рабочий спорт и страж», которому пару лет назад «конкретно в циферблат насувал, тля».

Вскоре гр. Шмитиньш вновь попадает в поле зрения Политического управления, в 1936-м его объявляют в розыск. Он скрывается на тайных квартирах, пока в 1937 году не «горит нахрен по-глупому». Его на пару недель селят в квартире некой состоятельной социал-демократки А. Квартира большая, и гр. Шмитиньш размышляет: «Сталин прав, что тут нафиг думать, все соцдемы — социал-фашисты. Лицемеры, которые наживаются, тля, на эксплуатации нас. Гляньте-ка на эту чмару — живет в шести комнатах, а зовет себя революционеркой, тля».

Гражданка А. связана с плохо организованной группой подпольщиков. Политуправление группу вычисляет, и уже совсем скоро агенты обыскивают квартиру гр. А, где и обнаруживают гр. Шмитиньша: «У них рожи так в натуре и вытянулись! Вот уж какую птицу нахрен встретить не ожидали!»

Суд приговаривает гр. Шмитиньша к 10 годам лишения свободы.

Из тюрьмы гр. Шмитиньш выходит в июне 1940 года — героем и жертвой реакции. При новом порядке он становится уважаемым человеком. Его карьера также развивается. Гр. Шмитиньш, ранее не имевший постоянного места работы, становится директором «завода фортепьян». На новом посту гр. Шмитиньш использует единственную известную ему технику руководства — рукоприкладство. Если кто-то из рабочих имеет буржуазный вид, ему предстоит «чистка рыла, нафиг». С особой антипатией гр. Шмитиньш относится к письмоводителям, они часто сталкиваются с его «так бы тебе и вломил, долбодуб!»

Когда в конце июня 1941 года поступает информация о наступлении нацистской Германии на СССР, гр. Шмитиньш решает, что он «в виду имел еще одну немецкую власть, нафиг». Подпольная деятельность «у меня уже вот где торчит», а благодаря посту директора «привыкаешь-то жить по-человечески, нафиг». Гр. Шмитиньш решает бежать в СССР.

Там он рассчитывает спокойно переждать войну. Однако вскоре выясняется, что каждый должен участвовать в защите социалистической родины. Так гр. Шмитиньш попадает в 201-ю латышскую стрелковую дивизию. Служба длится недолго. В конце 1941 года Шмитиньш участвует в операции по обороне Москвы. Неподалеку от него разрывается артиллерийский снаряд, гр. Шмитиньш получает серьезное ранение. Врачи вынуждены ампутировать ему ногу.

Гр. Шмитиньш возвращается в Латвию в феврале 1945 года как инвалид войны. Хотя он едва умеет писать, товарищи по партии пристраивают его на должность директора домоуправления в Ленинском р-не гор. Риги. Но вскоре становится ясно, что гр. Шмитиньш не подходит для этой должности. Кроме того, после ранения он начинает злоупотреблять алкоголем. Этим пользуются жители Ленинского р-на: «а к нему без бутылки можно было не ходить, вот притащишь прозрачненькой — все и решится». Какое-то время гр. Шмитиньшу еще подбирают должности в структурах горисполкома, с каждым разом все мельче и мельче. В 1959-м его окончательно увольняют и дают квартиру в новом блочном доме в Агенскалнских соснах.

Квартира находится на четвертом этаже, и Шмитиньшу как инвалиду войны доставлять продукты помогают соседи. «В начале 60-х совсем мрак был, тля: сижу дома один, и уж думаю, лучше бы на нарах парился. Там все ж и кореша, и вертухаи — всяко веселее».

В апреле 1965 года «я дрыхну, нафиг, с похмелюги, а тут бам-бам-бам в дверь, аж подпрыгнул». К гр. Шмитиньшу приходят две пионерки, чтобы послушать рассказы ветерана Отечественной войны. Квартиру школьницы покидают только поздним вечером, вежливо объяснив, что родители волнуются. За эти часы гр. Шмитиньш рассказывает все — о революции, о лагерях, о социал-фашистах, о «сволочи Улманисе» и проч.

Через пару дней к гр. Шмитиньшу приходит учительница истории из Рижской 5-й средней школы им З. Озолы. Женщина заявляет, что этот человек —подлинный кладезь живой истории, настоящий старый большевик, из тех, кто был в партии еще до Великой Октябрьской революции. В следующие годы ученики 5-й школы берут шефство над гр. Шмитиньшем. «Вот тогда-то я и понял, что такое счастье, тля».

Особенной для гр. Шмитиньша становится осень 1967 года, когда весь Советский Союз празднует 50-летие Октября. Гр. Шмитиньш — герой своего района, революционная тема ему ближе, чем Великая Отечественная война. Шестого ноября после обеда, за день до праздника, он приходит в 5-ю школу, чтобы поговорить с учениками. «Аж задрожало у меня внутрях — такой был воздух в октябре 17-го, когда мы агитировали до хрипа, на стенах писали — за великое рабочее дело! А немецкие фашисты-то трудящихся винтили — и на цугундер, то есть на кичу, по нашему, по пролетарски!» О деятельности Нюхи, однако, гр. Шмитиньш умалчивает.

Из жизни он уходит в 1974 году. В натуре.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

История
Культура
Новейшее
Интересно