Из истории Лиепаи: где судили и куда сажали горожан

Noblesse oblige, в смысле, благородство обязывает: Паул Макс Берчи, как главный архитектор Либавы, проектировал и множество общественных зданий. В том числе — управления полиции, судов разных уровней и тюрьмы.

Предостереженіе
Во избѣжаніе несчастныхъ случаевъ Либавское Городское Полицейское Управленіе доводитъ до всеобщаго свѣдѣнія, что строго воспрещается во время Кавалерійскихъ ученій на плацу за воксаломъ занимать тамъ мѣста, а останавливаться за райономъ, предназначеннымъ для этой цѣли.
Либава, 11 Іюня 1885. Подпись Полицейскаго Управленія

Это «предостереженіе» было опубликовано в газете Libausche Zeitung примерно в то время, когда Паул Макс Берчи работал над проектом дома Управления полиции, вскоре построенного на улице Ракствиежу 7. Здание долгие годы служило верой и правдой всем властям — и царским, и Первой Республике, и советским, и позже, республике восстановленной. К началу нынешнего века оно окончательно стало тесным, подразделения полиции были разбросаны по всему городу. В середине нулевых, когда завершилось строительство нового здания Курземского регионального управления Госполиции на улице Бариню 3, старое здание на Ракствиежу опустело. Когда в 2009-м Имант Ланцманис фотографировал его для своей книги Bertschy, оно выглядело еще вполне прилично, а сейчас совсем обветшало и размалевано граффити.

Здание пленарных заседаний Мирового суда на Николаевской улице (ныне Републикас) было освящено в августе 1891 года. Проект Берчи реализовали строительный подрядчик Вильгельм Риге, плотник Генрих Демме, по металлу работал Генрих Гроссе, покрасочные работы произвел Адам Блиферт. Согласно составленной Берчи смете, строительство обошлось в 44 892 рубля. Имант Ланцманис полагает, что в этом здании проявилось стремление архитектора к «драматической выразительности постройки, цельности объема, минимальной, но действенной орнаментальной полосы из кирпича». «За углом», на улице Тиесу, Берчи построил Арестантский дом. А на противоположной стороне Николаевской, напротив здания суда, он одновременно строил доходный дом Густава Риге. Три дома образовали единый краснокирпичный ансамбль.

Здание суда со временем «захватило» под свои нужды и Арестантский дом, и было судом при всех властях. До недавнего времени — Лиепайским городским, сейчас — Курземским районным. В доме Густава Риге сейчас находится Лиепайский зональный государственный архив. В нем многое сохранилось со времен постройки — например, кованая металлическая решетка входной двери. Когда Rus.Lsm.lv сунул нос внутрь, чтобы сфотографировать потолочную роспись лестничной клетки, сотрудники архива любезно пригласили в кабинеты и с гордостью продемонстрировали изразцовые печи — мол, посмотрите, как сохранились!

В феврале 1889 года Rīgas Pilsētas Policijas Avīze писала, что в Государственном совете слушается проект судебной реформы «въ Прибалтійскомъ краѣ». В рамках этой реформы учреждались окружные суды в Риге, Митаве, Ревеле (Таллине), Либаве и Феллине (Вильянди). В мае та же газета писала, что от создания окружного суда в Феллине отказались, также подвергалась сомнению необходимость таких судов в Митаве и Либаве, но в итоге сомнения были отринуты. Летом были утверждены штаты и жалованье сотрудников. Председатели окружных судов должны были получать по 4500 рублей в год, товарищи председателей — 3500 рублей и так далее. Выделялись также средства на переводчиков. Rīgas Pilsētas Policijas Avīze 29 ноября 1889 года писала об открытии Рижского окружного суда, 5 декабря того же года — Либавского. Спустя неделю в Libausche Zeitung было опубликовано объявление Либавского окружного суда о поиске переводчиков для письменных и устных переводов с немецкого и латышского языков на русский и обратно.

Первый вариант эскиза окружного суда Берчи разработал в 1888-м, итоговый проект был создан в стиле сдержанного итальянского неоренессанса с правильными, но, по мнению Иманта Ланцманиса, «малоинтересными пропорциями». Сейчас в этом здании находится Лиепайская городская дума.

Краеугольный камень в фундамент Лиепайской городской тюрьмы был заложен в 1891 году. Имант Ланцманис отмечает, что в результате противопоставления нескольких объемов в главном фасаде здания оно «приобрело архитектонические ценности, соответствующие эмоциональной сверхзадаче, и большую выразительность строения». Говоря проще — здание на улице Дарзу действительно мрачное, в стиле «оставь надежду, всяк сюда входящий». Не Дантов ад, конечно, но...

В конце минувшего года Лиепайский музей выпустил книгу «Лиепая в Войне за независимость Латвии 1918-1920». Есть в сборнике и исследование Айги Берзини о лиепайской тюрьме в те годы. Автор отмечает, что в XIX веке Российская империя переняла европейские тенденции строительства современных мест заключения. И Либавская тюрьма как раз и была одним из таких комплексов специализированных зданий. Двухэтажное кирпичное строение для заключенных, административное здание, одноэтажная больница, баня. Всё это окружал кирпичный забор. В 1915-м, с приближением фронтов Первой мировой, тюрьму вместе со всем персоналом и инвентарем эвакуировали вглубь России. Во время оккупации германцы здесь же оборудовали и женскую тюрьму. Позже управление тюрьмой перешло к представителям Латвийской Республики. В 1921 году начальник Главного тюремного управления Петерис Ванагс отмечал, что война, революция, оккупация и наступление большевиков совершенно разрушили тюремную систему, и в 1919-м ведомство перенимало полуразрушенные и переполненные арестантами места заключения, среди которых бушевали тиф и черная оспа, одежные склады были пусты, а персонал никуда не годился. Лиепайская тюрьма не была исключением.

В 1920-х в тюрьме начался ремонт, который продолжался несколько лет. А в мае 1926-го газета «Сегодня» в разделе «Провинциальная жизнь» под заголовком «Рвется в тюрьму» рассказала, что к воротам Либавской уездной тюрьмы подошел некий совершенно трезвый крестьянин и стал стучать, требуя его впустить — мол, ему присуждено тюремное наказание, и бумагу он уже получил, а потому явился отсидеть. Законопослушного гражданина в тюрьму не впустили, и он поднял такой шум, что пришлось несостоявшегося сидельца отправить в полицию.

Во время Второй мировой войны тюрьма оказалась в зоне гетто и была городской тюрьмой для уголовников. В 1945-м стала мужской, затем смешанной, после — женской. Не раз достраивалась. После реконструкции 1976-го стала женским лечебно-трудовым профилакторием, в 1994-м — Лиепайской следственной тюрьмой.

Когда началась долгоиграющая (см. здесь, здесь и здесь) сага со строительством новой Лиепайской тюрьмы, противников строительства сражали аргументом — мол, новое современное место заключения собираются строить на окраине города, неужели сейчас, когда тюрьма в центре, лучше?..

Rus.Lsm.lv благодарит за помощь и информационную поддержку районного архитектора Лиепайской Строительной управы Гунту Шнипке, инспектора по охране памятников Лиепайской Стройуправы Илзе Бернате и главного хранителя фондов Лиепайского музея Риту Круминю. Особая благодарность Лиепайскому музею за архивные материалы.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

История
Культура
Новейшее
Интересно