Что и почему нужно знать о том, как рижане помогали оборонять свой город

Бои Латвийской армии с Западной добровольческой армией под командованием Павла Бермонта в октябре и начале ноября 1919 года ведутся в самом центре Риги. Для того времени это нетипично — тогда армии избегали ввязываться в уличные столкновения.  Ожесточенные стычки становятся чем-то новым и для жителей Риги, которым приходится привыкать к этим боям и даже участвовать в них.

Самые важные факты

1. Рига в 1915–1919 годах

ПРОЕКТ

Эта публикация появилась в рамках проекта #LV99плюс, посвященного столетию Латвии. На протяжении года Rus.Lsm.lv будет со сдвигом в 100 лет следовать за событиями, приведшими к независимости. Проект включает в себя и попытку реконструкции исторической реальности в группе в Facebook. Этим «займутся» персонажи, как бы живущие в то время и рассказывающие о нем. Они — виртуальные, но ни в коем случае не «фейки», а, скорее, актеры, играющие в исторической постановке.

Осенью 1919 года Рига уже четыре года почти непрерывно находится близ линии фронта. Война меняет город до неузнаваемости — более 60% населения уехали. Не работает ни одно крупное промышленное предприятие из числа довоенных — их уже в 1915 году эвакуируют в Россию. Город переживает и атаки с воздуха (1915 — 1917 гг.), и опустошающее мородерство отступающей армии (1917 г.), и безжалостное преследование политических противников, террор, голод и эпидемии (1919-й).

За этот год в Риге у власти успевают побывать шесть разных сил.

Но боевые столкновения на городских улицах происходят всего два раза — 2-3 января 1919 года, когда входит Красная армия, и 22 мая, когда она город покидает. В ходе боев на Югле в конце июня и начале июля 1919 года Рига переживает обстрел эстонской артиллерии и перебои с водоснабжением, а также небольшие стычки между латышскими и германскими солдатами, однако серьезных боев не следует.

2. Первые дни бермонтиады

ЦИТАТА

«Я шел к набережной Даугавы. Как кротовьи норы — переходы и развороченный песок. В воздухе свистели пули, иногда в какой-то из домов у берега с пением врезалась граната и выбивала из стены известняковое облако. Дождем со старых рижских крыш лилась шрапнель с осколками черепицы. У башни Святого Петра, будто праздничные фейерверки, постоянно вспыхивали облака шрапнели — на башне сидели наши артиллеристы-наблюдатели, каждый, даже бермонтовец, это легко мог представить. Улицы были пусты. Глаз цеплялся только за выбитые витрины лавок и разбросанные товары»

Из воспоминаний оперного певца Мариса Ветры
Перевод Rus.lsm.lv

Ранним утром 10 октября 1919 года, за два дня после начала наступления Бермонта на Ригу, Латвийская армия спешно отступает за мосты через Даугаву, чтобы направиться дальше на позиции у Юглы. В городе несколько часов царит паника, или очень похожее на нее состояние — на улицах небезопасно, солдаты грабят магазины. В спешке эвакуируются государственные ведомства, правительство переезжает в Цесис.

Члены эстонской военной миссии похищают предназначенный для эвакуации министерств поезд — лишь бы побыстрее покинуть город.

С паникой, однако, очень быстро справляются. Студенческие батальоны и небольшие группы солдат занимают позиции у мостов, полкам Латвийской армии дают приказ вернуться к Даугаве и воевать.

Набережная быстро меняется до неузнаваемости — на ей появляются окопы и заграждения из колючей проволоки.

Стороны обмениваются артиллерийскими обстрелами, которые умножают разрушения.

3. Участие рижан

ЦИТАТА

«Чего уж там писать об этих ужасах — несколько ночей так стреляют, что и поспать нельзя. Да, ну что скажут эти бедные пардаугавцы. Там уже множество домов разрушено. Да, а я вчера ужасно испугалась... Шла на почту между улицами Марияс и Суворова. Сразу «жжжж» — летит немецкий снаряд по воздуху. Спрятаться негде. С одной стороны аллеи, с другой заборы огородов. Ах... Прижалась к забору... Сердце колотится... Бум. Страшный шум. Меня будто по голове ударили. Бомба упала недалеко. Ну... Я трясусь. О боже! Я редко когда пугаюсь выстрелов, но тут испугалась, принялась твердить «Отче наш». Побежала на почту, но еще два раза над головой просвистели бомбы. Добралась вся бледная. Страшно было домой идти».

Из дневника Мары Антены, 18 октября.
Перевод Rus.lsm.lv

Многие рижане, оказавшиеся в зоне боевых действий, стараются не только выжить, но в меру сил помочь Латвийской армии.

Одна из возможностей — участвовать в работе Женского корпуса помощи,

основанного за две недели до наступления Бермонта на Ригу.

Глава этой организации — Юстине, жена Яниса Чаксте,

председателя Народного совета Латвии и будущего президента страны.

Корпус кормит солдат, снабжает их одеждой и бельем, организует передвижные библиотеки, помогает ухаживать за ранеными и организует похороны погибших.

Уже в первый день бермонтиады,

8 октября 1919 года, появляется первая солдатская столовая

на Лачплеша, 25. На следующий день открывается вторая, в Доме латышского общества.

ЦИТАТА

«Дневничок. Дневничок. Как эти немцы по бедной Риге стреляют. Однажды шли из пункта питания, вдруг засвистели гранаты над головой. Мы спрятались за дверью одной парадной и ждали, пока безумие кончится. Разрывались бомбы. Свистели только, когда летели. Но нас не достали. И вот. На второй день попало прямо в дом, где мы стояли. Не судьба ли? Могла же эта бомба и в тот день попасть в тот дом. И тогда я была бы в лучшем случае ранена.

В нас на ул.Паулуччи в Māmuļa тоже попала граната, но никого не ранила, только выбила окна. Мы работаем на совесть, особенно в первые дни пришлось много крутиться. Падали с ног, и какие у меня были руки — черные, как у землекопа, после чистки картошки. Ногти я обрезала. Мне все равно некогда делать маникюр. Довелось попробовать все работы — и в кухне, и в буфете бутерброды мазала, и у столов на обслуживании солдатиков. Они там молодки все бравые, как на подбор (один возница сказал) Ну, и потрудиться пришлось здорово, но получилось и словом перекинуться. Меня многие узнают. Я же всех не узнаю, потому что они приходят и уходят. Милые, милые, храни вас Бог. Я счастлива, что могу хоть чуточку помочь в этой войне. Хоть поработать для солдат и сказать доброе слово. После работы я так устаю — особенно после ночной смены. Но это такое хорошее чувство — что хоть немного пригождаюсь»

Из дневника Мары Антены, 19 октября.
Перевод Rus.lsm.lv

Ей руководит — надзирает за приготовлением и раздачей супа — Анна, жена министра иностранных дел Зигфрида Анны Мейеровица.

Рядом с позициями Женский корпус помощи устраивает чайные, где солдаты могут согреться, отдохнуть, получить чай, кофе и бутерброды.

Организацией чайных руководит Анна, жена члена Народного совета Латвии поэта Атиса Кениньша.

Одной из героинь бермонтиады становится 21-летняя студентка Элза Жиглевица. Вскоре после начала боев она вступает в Женский корпус помощи. Она под огнем противника доставляет еду в окопы на набережной, получает тяжелое ранение — и умирает.

Элзу хоронят с воинскими почестями, а после смерти награждают Военным орденом Лачплесиса.

Почему это важно: Задвинье брошено на произвол судьбы

В самом сложном положении находились жители Пардаугавы.

Армии Бермонта и самой не хватало буквально всего и она не заботилась о снабжении гражданского населения.

Жители Пардаугавы целый месяц вынуждены были держаться, переживать голод и холод, поскольку дрова достать было невозможно.

Через неделю после взятия Пардаугавы бермонтовцы начали грабить местные магазины.

Получить продукты было чрезвычайно сложно.

Одной из возможностей выжить стало поступление на службу в полицию, организованную армией Бермонта для поддержания порядка в тылу.

На это пошли более ста жителей Пардаугавы.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

История
Культура
Новейшее
Интересно