«Я пошел на это отчасти из-за денег» — один из создателей яда, которым травили Навального

Подсунув яд «Новичок» российскому оппозиционеру Алексею Навальному, его действительно стремились убить — но или не рассчитали дозу, или кто-то в лаборатории в России солгал, будто в организме политика яда не нашли. Поэтому пациента разрешили вывезти в Германию, заявил в передаче Латвийского радио Krustpunkti эмигрировавший в США российский химик Вил Мирзаянов.

Больше 30 лет назад ученый принимал участие в разработке этого боевого отравляющего вещества. Теперь он продолжает многолетнюю борьбу за запрет смертоносных веществ группы «Новичок» мировым сообществом. Приводим часть текста из оригинала видеоинтервью — оно состоялось онлайн на русском языке.

«Конечно, я не разработчик. И никогда не претендовал на эту роль! Я участник этой программы, как, наверное, около 3 000 человек. Я не претендую на эту жуткую славу. Я борюсь против этого жуткого химического отравляющего вещества — вот моя роль. Вы же сами видите, что никто не решился выйти с этим на публику и последовательно бороться против «Новичков». Ну, наверное, такая миссия на меня возложена. Я от нее не отказываюсь, и я рад, что «Новички» наконец включены в Конвенцию [о запрещении химического оружия], и Россия будет объявлена преступницей, то есть нарушителем этой Конвенции», – так Вил Султанович Мирзаянов прокомментировал распространенные в русскоязычном информационном пространстве и дискредитирующие его заявления. Он подчеркнул, что непосредственно разработкой боевых отравляющих веществ и, в частности, «Новичков» не занимался.

Еще в сентябре, когда появилась первая информация о следах «Новичка» в организме Алексея Навального, ученый предположил, что российского оппозиционера отравили твердой разновидностью яда. А 6 октября Организация по запрещению химического оружия (ОЗХО) подтвердила выводы нескольких европейских лабораторий: в пробах политика найдено вещество из этой группы, включенной в запретный список Конвенции, хотя именно найденное вещество в список не внесено, говорится в сообщении ОЗХО.

Ошибка вышла

«Я думаю, что его хотели убить. Они же не рассчитывали на такой международный скандал. Оставить в живых — значит, все равно каким-то образом можно было бы установить, чему обязан [отравлением] господин Навальный. Вряд ли они хотели оставить его в живых», – заявил В. Мирзаянов Латвийскому радио.

Отвечая на вопрос, как же так вышло, что Навального хотели убить, но все-таки выпустили в Германию, рискуя обнаружением яда (что, судя по всему, и произошло), рассказавший миру о «Новичке» химик заявил:

«Потому что им сказали, что в организме нет «Новичка». Думаю, что сказала это лаборатория, которая расположена в  ГосНИИОХТ (Государственном научно-исследовательском институте органической химии и технологии.  – прим. Rus.lsm.lv)».

Он предположил, что  информацию об отсутствии «Новичка» в организме  Навального могли передать наверх и не по ошибке, а сознательно, потому что «в ГосНИИОХТ работали и работают не только ура-патриоты и шовинисты».

Ученый признал: в самом Омске вряд ли имеются оборудование и персонал, необходимые для выявления «Новичка», но в Москве, в том же  ГосНИИОХТ они есть – тем более, что там работает лаборатория под эгидой Исполнительного органа ОЗХО. При этом по косвенным признакам В. Мирзаянов делает предположение, что врачи в Омске могли догадываться, что происходит с внезапно поступившим к ним пациентом: 

«Первым делом в Омске, когда самолет приземлился, врач дал Навальному антидот. О чем это говорит? О том, что этот врач понял, что имеет дело с химическим отравлением, с фосфоро-органическим отравляющим веществом. Иначе бы не дал. Интересно, что так быстро нашли антидот», – рассуждает химик

Но если Навального пытались убить «Новичком», почему попытка не привела к успеху – раз яд такой опасный? В. Мирзаянов допускает, что покушение не достигло цели из-за ошибки в расчете дозы.

«Дело в том, что все эти расчеты летальных доз делаются на опытах с животными, результаты которых потом экстраполируются на людей. Но животные и люди все-таки разные субъекты. Поэтому экстраполяция не всегда оправдана. Мы не проводили опытов на людях. Вот сейчас опыты на людях как раз идут, сейчас мы узнаем симптомы», – пояснил он.

Как «Новичок» десятилетиями избегал запрета

Но если сначала Советский Союз, а потом Россия подписали Конвенцию о запрете химического оружия, возможно ли такое, что «Новичок» там производился в нарушение запрета? Нет. Потому что, по словам Мирзаянова, формально Конвенция не нарушалась – по крайней мере, до самых последних дополнений к списку запрещенных веществ.

«Советский Союз еще в начале 1980-х согласился на переговоры [по Конвенции], потом ее подписал. Но! Новые разработки в нее не были включены. То есть это было совершенно нечестно!» – возмущается В. Мирзаянов.

По его словам, СССР присоединился к Конвенции так, чтобы с использованием финансовой помощи Запада уничтожить старые запасы различных отравляющих веществ, утратившие активность (тем более что уничтожение может стоить больше, чем разработка и производство — а утилизация тогда как раз производилась на деньги Запада, не на свои, отметил химик), но не связывать себя обязательствами насчет «Новичков». В том числе, возможно, потому, что в отличие от другого советского химического оружия эти яды были собственной разработкой, а не копией чужих.

«До того момента (до синтеза «Новичка». – прим. Rus.lsm.lv) в Советском Союзе копировали западные образцы. Зарин, зоман – германские. Даже завод привезли из Германии. Правда, восемь лет потребовалось, чтобы его запустить. Ну а тут приключился случай, что ГосНИИОХТ мог прославиться, что впервые в истории военно-химического комплекса появилась собственная разработка», – пояснил В. Мирзаянов, почему с самого начала к «Новичку» было особое отношение.

«Это очень дорогое мероприятие – довести вещество из колбы до уровня армейского вооружения.

Там были вовлечены по меньшей мере несколько тысяч человек. Я был одним из них. Я никогда не синтезировал это вещество, я только участвовал в исследованиях и испытаниях. Но я не оправдываю себя, потому что я пришел к выводу в конце своей карьеры в ГосНИИОХТ, что участвую в преступном бизнесе»,

– поделился собеседник Латвийского радио.

Он подчеркнул, что давно и последовательно выступал против Конвенции о запрещении химоружия – из-за ее пробелов. «Там была ловушка, поскольку она фактически позволяет продолжать научно-исследовательские работы в области химических отравляющих веществ. Она должна была прекратить напрочь такие исследования,  как в случае с биологическим оружием (там вопросов уже нет), но оставили лазейку.  Также в конвенцию не включили (в список контролируемых веществ) не включили «Новичков». Сколько их было произведено? По моим подсчетам, от 10 до 15 тонн. Это огромная цифра. Этого достаточно для убийства миллионов людей», – рассказал он.

По признанию Мирзаянова, когда стало ясно, что СССР не сворачивает разработку и производство «Новичков», а Конвенция оставляет их за скобками, он в начале 1990-х и выбрал путь диссидента.

«Первый раз я опубликовал статью в 1990-м в «Курантах». Ну, такую – общую. Но в 1992 году уже не вытерпел. Когда узнал, что страна почти голодает, средств нет, а тут вовсю идут испытания этого «Новичка» на полигоне Нукус в Узбекистане, я решил пойти ва-банк – нашел пути опубликовать статью в «Московских новостях». Через месяц, естественно, меня арестовали – за то, что я якобы разгласил государственную тайну. Хотя я тогда даже не называл слово «Новичок». Просто рассказал, насколько эти новые вооружения опасны, и подчеркнул, что эти вооружения остаются за бортом Конвенции, тем самым обвинив власти в двуличии. Конечно, этого власти не стерпели.

Тем более, что я уговорил двух своих друзей поддержать меня. Один из них – Андрей Железняков, который был отравлен при разработке бинарного оружия на основе «Новичка». Когда я ему позвонил: «Андрей, ты не можешь дать интервью американскому корреспонденту Baltimor Sun Уильяму Ингланду?» — он согласился. Удивительно! Когда я спросил: «Ты не боишься?» — он сказал прямо: «Я клал на них». Поехал туда, дал интервью и рассказал впервые миру, что есть такое новое вооружение под кодовым названием «Новичок». Очень смелый был человек. К сожалению, через два года после этого он умер – от последствий того отравления», – вспоминает ученый.

Не для любителей

Сам Мирзаянов не скрывает, что сделал формулы «Новичков» достоянием общественности, опубликовав их в своей книге State Secrets: An Insider's Chronicle of the Russian Chemical Weapons.

«Я их опубликовал от отчаяния. Потому что «Новички» не были включены в Конвенцию, и никто не хотел их включать. Сколько я ни обращался в Вашингтоне – нет-нет-нет, мы этого не можем, потому что могут использовать террористы, и бла-бла-бла. Но мне как специалисту было ясно, что дело совершенно не в этом. 30 лет я боролся против этих «Новичков» –  чтобы их включили в конвенцию. Но поскольку результата не было, я решил второй раз пойти на риск публикации этого в своих книгах. Сейчас, в этом году эти вещества все-таки включены в Конвенцию. Но какой ценой?» – рассказывает химик.

Впрочем, подчеркнул он, несмотря на доступность формул, «Новичок» – не химоружие для любителей, и сделать его без наличия специального оборудования  невозможно. Открыть лабораторию нужного уровня так просто никто не разрешит, считает собеседник Латвийского радио:

«Нет. Это не оружие для любителей-террористов. Все-таки необходимо иметь школу, чтобы синтезировать. Необходимо иметь хорошее лабораторное оборудование: тягу вентиляции, антидоты, дегазаторы – вообще всю соответствующую инфраструктуру. Вообще никто запросто так никто не позволит нигде на Западе организовать такое производство».

Тайна может быть раскрыта

В. Мирзаянов отметил, что до сих пор никто не знает, сколько же «Новичка» произвел Советский Союз, но, уверен он, выяснить это вполне реально, если поработать с данными.

«Вот все ломают голову, сколько же «Новичка» произвел Советский Союз. Никто не знает точно. Мои подсчеты очень приблизительные. И я сам никогда не мог бы утверждать, что говорю точно. Но количество произведенного оружия можно подсчитать путем экономических подсчетов. Дело в том, что Советский Союз, участвуя в гонке вооружений, не располагал широкой химической инфраструктурой производства необходимых прекурсоров (т. е. веществ, необходимых для получения целевого вещества путем реакции. – прим. Rus.lsm.lv ). Например, фосфорную часть «Новичка» делали на Волгоградском заводе по производству зарина (видимо, речь идет о заводе «Химпром». – прим. Rus.lsm.lv).

Но там есть ацетамидин; его в Советском Союзе производить не могли. Поэтому мы закупали его в Германии или Италии через Турцию или какую-то другую страну. На Западе с бухгалтерским учетом производства все обстоит очень хорошо. Так что надо просто посмотреть, сколько же, например, ацетамидина было произведено, кому продавали большие партии. И вот тогда по реакции получения любого «Новичка» можно подсчитать, сколько же Советский Союз его произвел», – рассказал Вил Мирзаянов, отметив, что этой информацией он делится впервые.

На вопрос журналистов Krustpunktā, о каких количествах может идти речь, доктор химических наук пояснил: это можно подсчитать примерно, опираясь на данные об использованном сырье и прекурсорах.

Из дела Скрипалей на Западе извлекли уроки

Организация по запрету химоружия сейчас рассматривает инцидент с отравлением Алексея Навального. Методы определения болевого отравляющего вещества в организме человека сейчас уже стандартизированы, говорит Мирзаянов. Если анализы пациента в результате масс-спектрометрии совпадают с данными о БОВ, это «все равно, что ДНК преступника совпадает с ДНК на оставленном им топоре». Поэтому раз наличие яда в организме Навального подтверждено этим стандартным методом, это значит, по словам химика, что  Россия нарушила конвенцию и должна нести ответственность за это:

«Это уже дело за политиками. Здесь исполнительный орган по соблюдению конвенции не имеет властных полномочий наказывать кого-то. Это уже дело за странами — участницами этой конвенции».

После отравления Сергея и Юлии Скрипалей ситуация была другой, говорит Мирзаянов:

«Потому что до этого не были известны широкой публике клиника отравления, методы отравления, методы обнаружения. (...) Я полагаю, что благодаря формулам из моей книги англичане синтезировали, изучили это вещество, более того — испытали, работали над антидотами и лечебными средствами. Они более-менее были готовы к этому случаю. Они быстро обнаружили, быстро установили. А почему? Потому что благодаря этим формулам они синтезировали и получили спектры и все что надо. Таким образом, скорее всего, поступили и Германия, Франция и другие страны. Так что ситуация изменилась».

В случае Скрипалей английские специалисты, насколько известно Мирзаянову, уже знали места локализации молекул «Новичка» в организме человека. Поэтому благодаря этому вмешательству Скрипали были спасены.

«В случае с Навальным, видимо, такое не стали применять, видимо, не понадобился такой  метод, использовали какие-то другие способы лечения. Так что наука пошла вперед  в этом отношении, и это очень позитивно».   

После инцидента с Скрипалями Вил Мирзаянов получил в США личную охрану. Он считает, что инцидент с Навальным — далеко еще не конец: «Предсказать действия этих чекистов никто не может. Они очень упорные, наглые. Я думаю, что это еще не все».

Rus.Lsm.lv уже сообщал, что германские специалисты обнаружили в организме российского оппозиционера Алексея Навального следы яда из группы «Новичок». Навального с признаками тяжелого отравления, в состоянии комы медицинским самолетом доставили 22 августа из России в берлинскую клинику Charite. Политику стало плохо во время авиарейса из Томска в Москву, самолет совершил экстренную посадку в Омске. Омские врачи не сразу дали разрешение на транспортировку пациента за границу. Семья и соратники Навального изначально не сомневались, что его отравили. 23 сентября Навальный в социальных сетях сообщил, что выписан из берлинской клиники Charite.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Аналитика
Аналитика
Новейшее
Интересно