Почему Россия не спешит на помощь Армении в карабахском конфликте

Конфликт в Нагорном Карабахе перешел в огнестрельную фазу 27 сентября, и почти две недели реакция Кремля была скорее выжидательной. Молдавский и британский политические аналитики предлагают объяснение причин неторопливости Кремля в тушении нового пожара на периметре России.

Главы МИД Армении и Азербайджана при посредничестве своего российского коллеги вчера согласовали прекращение огня в Нагорном Карабахе — на время, необходимое для обмена пленными и телами погибших, начиная с полудня сегодняшнего дня. (Правда, не прошло и часа, как обе воюющие стороны обвинили друг друга в нарушении перемирия.) Министры иностранных дел двух конфликтующих кавказских республик прибыли в Москву по приглашению президента Путина. Россия снова выступила посредником в разрешении геополитических проблем важного для нее региона. Роль привычная с начала 1990-х. Однако за последнее десятилетие баланс сил там изменился.

«Москва потратила более десяти лет на создание имиджа великой державы, которая ревностно следит за тем, чтобы на постсоветском пространстве с ней считались, и — к худу ли, к добру ли — не бросает своих союзников, будь то Асад в Сирии, Мадуро в Венесуэле, Янукович на Украине или Лукашенко в Беларуси. Поэтому

реакция России на новое обострение нагорно-карабахского конфликта может свидетельствовать о серьезном изменении принципов российской геополитики»,

— пишет директор программы Европейского совета по международным отношениям Wider Europe («Расширенная Европа»), бывший министр иностранных дел и европейской интеграции Молдовы Нику Попеску в комментарии на портале ECFR (материал был опубликован до начала переговоров в Москве).

«Почти 30 лет Россия позиционировала себя в роли ведущего игрока на Южном Кавказе. Формирование региональных “правил игры” при урегулировании нагорно-карабахского конфликта [с Кремлем] в качестве посредника имело решающее значение для таких утверждений и давало России значительные рычаги воздействия... Политика Москвы в отношении Карабаха хорошо работала на протяжении почти трех десятилетий. Однако геополитическая ситуация на Кавказа начала меняться», — замечает, в свою очередь, Нил Мелвин, директор отдела исследований в области международной безопасности британского аналитического центра RUSI (Royal United Services Institute) в аналитической записке на портале центра (также опубликована до начала переговоров).

Армения разочаровала Россию?

«Почему Россия воздерживается от более выраженной дипломатической поддержки Армении, члена [возглавляемого Москвой] Организации Договора о коллективной безопасности? И почему заявления России по поводу этой войны кажутся более сдержанными и менее критичными по отношению к Турции и Азербайджану и менее поддерживающими Армению, чем заявления таких стран, как Франция?» — задает вопросы Попеску.

По его мнению, причин несколько. В последние годы Россия, как и другие международные посредники Минской группы ОБСЕ по урегулированию Карабахского конфликта, все больше разочаровывается в Армении из-за непримиримой позиции Еревана на переговорах. В 2011 году стороны согласовали так называемые Мадридские принципы, в соответствии с которыми Армения уступит контроль над семью районами Азербайджана, окружающими Нагорный Карабах, и начнет переговоры о статусе самой непризнанной республики. Однако, когда дело дошло до реализации этих принципов, Армения сохранила статус-кво, продолжая контролировать и Нагорный Карабах, и другие районы Азербайджана.

Довольно нейтральная

реакция России на последние вооруженные столкновения между Арменией и Азербайджаном, видимо, отражает недовольство по поводу негибкости ее союзника

на переговорах. В Москве бытует мнение, что за последние два десятилетия баланс сил сместился в пользу Азербайджана. Армения же, вместо выполнения условий согласованной и более-менее приемлемой сделки, действовала неразумно и непримиримо. Россия не хочет оплачивать эти геополитические счета, отмечает аналитик ECFR.

Другим фактором, повлиявшим на реакцию России, по мнению Попеску, стало нынешнее правительство Армении, которое пришло к власти после широкомасштабных уличных протестов в 2018 году, к едва скрытому неудовольствию Кремля. Раздражение, которое вызывает у Кремля премьер-министр Армении Никол Пашинян, вероятно, не является главной причиной нежелания более решительно поддерживать Армению, но, безусловно, это важный фактор, считает политолог.

Убить двух козлов одной стрелой

«Будет ли Россия просто стоять в стороне и смотреть, как громят ее союзника?», — спрашивает Попеску. Предлагаемый им ответ — и да, и нет. Сейчас Москва, похоже, рассчитывает и на елку залезть, и геополитическую рыбку съесть:

«Выжидая, Россия, похоже, дает Баку время и пространство для возвращения территорий,

которые юридически являются частью Азербайджана, но находились под контролем Армении с 1994 года», — пишет Попеску.

А что же будет с Арменией? С российской точки зрения, у этой страны негусто с иными вариантами, кроме как остаться с Россией. Другие страны могут выражать поддержку Еревану, но Армения знает, что Россия остается единственной страной, которая сможет прислать войска для ее защиты. Таким образом, даже если Россия позволит Азербайджану вернуть себе некоторые территории,

Армении придется оставаться верным союзником России,

прогнозирует автор ECFR.

Также весьма вероятно, что Россия обозначила свои красные линии и для Азербайджана, и Турции. Одна из которых заключается в том, что международно признанную границу Армении нарушать нельзя. Президент Путин заявил, что российские гарантии безопасности Армении не распространяются на Нагорный Карабах. Но если война обострится, что приведет либо к тяжелой гуманитарной ситуации в Нагорном Карабахе, либо к крупному наступлению на признанной границе Армении, Россия будет вынуждена вмешаться. Если конфликт станет реальной угрозой для самой Армении, а не для контролируемых ею территорий в Азербайджане, Россия обязательно будет действовать, уверен Попеску.

«В какой-то степени

Россия может убить двух зайцев одним выстрелом, согласившись на ограниченную войну, в которой Азербайджан отбирает часть территорий, но не угрожает существованию Армении.

Это будет большая услуга для Азербайджана, а Армения никуда не денется, потому что ей просто некуда деваться.

Однако такое позиционирование имеет свои издержки. На Южном Кавказе и за его пределами запомнят, как Россия отказалась помочь союзнику, при том что Турция якобы участвовала в прямых военных действиях против этого союзника... И хотя Россия не обязательно делает это из-за слабости или неспособности занять более жесткую позицию в отношении Турции и Азербайджана, война в Нагорном Карабахе показывает, в какой степени краткосрочные геополитические расчеты России могут заставить ее игнорировать интересы ее давних союзников», — заключает автор ECFR.

Танец с саблями и турецкий марш

Возросшая напористость Турции бросает вызов давно устоявшейся позиции России как доминирующей в регионе силы, пишет, в свою очередь, аналитик RUSI Нил Мелвин.

Россия традиционно рассматривала регион Южного Кавказа как буфер — и против нестабильности на Ближнем Востоке, и против значительного регионального влияния Турции. По этой причине на протяжении всего постсоветского периода Россия поддерживала тесные отношения с Арменией, своим ключевым региональным союзником. В Армении находится база российской армии (Гюмри) и авиабаза (Эребуни). В 2010 году Армения и Россия договорились продлить российское присутствие до 2044 года в обмен на гарантии безопасности, включая поставки по сниженным ценам современного оружия вооруженным силам Армении.

Однако в последнее десятилетие Россия также начала крупномасштабные поставки оружия Азербайджану и наладила тесные связи с азербайджанской элитой. Таким образом, по мнению Мелвина,

доминирование России в регионе базировалось на способности позиционировать себя в качестве центральной силы, балансирующей между сторонами

— Москве удавалось поддерживать хорошие отношения с Азербайджаном, не теряя важных связей с Арменией.

Наряду с этим Россия старалась держать Турцию подальше от региональных дел, развивая отношения с ней с помощью комплекса взаимовыгодных проектов, в частности, в сфере энергетики — нежелание потерять которые помешали бы Турции потребовать  для себя более значительную роль на Южном Кавказе, пишет комментатор RUSI.

Однако в последние годы (в особенности в связи с конфликтами в Сирии и Ливии),

региональная роль Турции усилилась, что привело Анкару к прямой конкуренции с Москвой.

Турция стремится утвердить свою более значимую роль и в карабахском конфликте. В нынешнем кризисе Анкара не только заметно усилила политическую и дипломатическую поддержку Азербайджана, но и увеличила военно-техническое сотрудничество, включая продажу беспилотников, проведение совместных с Азербайджаном  военных учений и переброску подконтрольных ей сирийских боевиков к участию в военных действиях в Карабахе (полного подтверждения информация о сирийцах пока не получила).

Цель президента Эрдогана в рамках новой политики в отношении Карабаха состоит в том, чтобы маргинализировать «старую» Минскую группу и обеспечить себе место за столом переговоров в новом формате. Там и будет выработано окончательный механизм урегулирования нагорно-карабахского конфликта, что позволит Турции претендовать на более значимую региональную роль. В ответ на призыв России к прекращению огня Эрдоган заявил, что Анкара продолжит оказывать Азерабайджану «все виды поддержки». Более того, он пошел дальше, критикуя сопредседателей Минской группы ОБСЕ за неспособность разрешить давний спор по Нагорному Карабаху, и заявил, что «нынешний карабахский конфликт является частью более широкого кризиса, который начался с оккупации Крыма»..

По мнению британского эксперта, этот новый натиск Турции, похоже, застиг Россию врасплох. Кремлю пришлось изо всех сил искать значимый ответ. Меняющаяся динамика региональной безопасности вокруг карабахского конфликта теперь бросает прямой вызов региональному положению России.

Москва могла бы принять Турцию в качестве равноправного партнера в новом региональном урегулировании. Но в этом случае вслед за Ливией и Сирией

Южный Кавказ, вероятно, станет еще одной зоной опосредованного соперничества Турции и России,

а это может еще больше дестабилизировать этот регион.

Центральной несущей конструкцией всего правления Путина было притязание на то, что, кроме России, никакая другая сила не может вмешиваться в политику безопасности на бывших советских территориях. В настоящее время

Москва склоняется к проверенной тактике, представляя себя посредником, у которого налажены хорошие отношения с обеими сторонами,

и который поджидает затишья в текущем раунде боевых действий, чтобы сыграть свою традиционную роль.

«Однако по мере ослабления влияния Москвы на Баку из-за роста поддержки Азербайждана Турцией увеличивается и риск перерастания конфликта в полномасштабную региональную войну.

В конечном итоге может встать вопрос о том, в какой степени Россия готова выполнить свои обязательства по обеспечению безопасности Армении и отказаться от своей декларируемой сбалансированной позиции — в противном случае рискуя потерять авторитет гаранта региональной безопасности.

Все чаще традиционная манера игры Москвы оказывается неспособной обеспечить ей ведущую роль в регионе, и

Кремлю предстоит стратегический поворот в политике на южно-кавказском направлении»,

— резюмирует политический эксперт RUSI.

Заметили ошибку? Сообщите нам о ней!

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Ctrl+Enter.

Пожалуйста, выделите в тексте соответствующий фрагмент и нажмите Сообщить об ошибке.

Аналитика
Аналитика
Новейшее
Интересно