Nedzirdīgajiem

Pasaules panorāma. Raidījums par ārpolitiku

Nedzirdīgajiem

Sporta studija

Иногда кажется, что не говорить с детьми о сексе — в интересах педофилов — полицейский

«В Интернете — когда мы говорим о безопасности в Интернете — с ними [с детьми] пытаются контактировать разные взрослые люди. Ребенок не может говорить на эти темы, он не может нормально объяснить, в том числе и при необходимости, что с ним что-то происходит», — заявил в эфире программы «Точки над i» LTV7 Илья Мария Большаков, публицист, лектор Колледжа Госполиции.

Ивета Келле, глава общественной организации Papardes zieds, рассказала, что представители общества беседуют со школьниками на самые разные темы, однако иногда встречаются с яростным сопротивлением некоторых родителей — они не хотят, чтобы в присутствии их детей поднимали определенные вопросы. «И бедные учителя боятся. «Что там вы будете говорить? Только не говорите об этом». Я тогда спрашиваю:

«А если нам задают вопросы о гомосексуальности, что нам делать?.. Если у нас будут такие вопросы, у нас будет такая дискуссия. И если ваша школа боится такой дискуссии, лучше не приглашайте нас».

И иногда бывает, что школы не приглашают», — отметила она.

В личном общении родители, с которыми также встречаются представители Papardes zieds, тоже чувствуют себя неловко. «Знаете, что интересно — когда приходят родители, но индивидуально. Есть собрание школьное, сидят все родители, и я до них эту тему доношу. И потом они приходят индивидуально и говорят:

«Хорошо, что вы все это сказали. Что нам делать, как быть?». Но не публично...

С другой стороны, ситуация улучшается. Нет такой ненависти», — добавила Келле.

«Если мы смотрим в школы, между школьниками, там свободы больше, чем между нами — взрослыми. Но, к сожалению, многое в руках взрослых — мы своим поведением, тем, как мы говорим о любых темах, как-то свое отношение переносим детям.

И иногда мы это чувствуем, когда приходим в школу: то, что дети говорят о сексуальности — они говорят точно те же слова, что говорят мамы, или отцы, или учителя»,

— отметила Келле. При этом, по ее словам, родители пытаются оградить детей от какой-то информации, однако подростки и сами способны ее получить — в наше время ставить запреты и умалчивать бессмысленно. Немалую роль в этом играет Интернет.

«Последние полгода, что я работал в Муниципальной полиции, я работал в детском отделе. Детский отдел занимается практически теми же вещами, как Papardes zieds, только по другим вопросам. Мы рассказываем с 1 по 12 класс вопросы самые разные — безопасности, насилия и так далее.

И проблема такая: одна из тем — это «секстинг», причем самого разного уровня.

Сами подростки пересылают фотографии обнаженные свои. И проблема такая, что в Интернете — когда мы говорим о безопасности в Интернете — с ними пытаются контактировать разные взрослые люди. Ребенок не может говорить на эти темы, он не может нормально объяснить, в том числе и при необходимости, что с ним что-то происходит. Если с ним что-то происходит — с ним кто-то переписывается, он сделал какую-то ошибку, например, что-то кому-то переслал — часто бывает, что он и родителям не может нормально сказать, потому что родители с ним на эту тему еще не говорили.

И получается, он такой один, ему некому довериться.

По сути, они становятся жертвами педофилов, взрослых людей. Это вопрос сексуальной безопасности детей и подростков. Когда пытаются ограничить это, не говорить об этом. Вопрос как это делать — это другой вопрос. Но надо это делать, чтобы обеспечить потом детям возможность как-то защититься, открыться взрослым, если есть какая-то проблема.

Поэтому иногда возникает ощущение, что это в интересах педофилов, в интересах каких-то других сил — не говорить с детьми о сексуальных отношениях.

Не говоря уже о проблемах сексуальности. Ребенок с этим сталкивается, тот же подросток. И кто ему расскажет? В семье у него могут быть проблемы.

Ему опять необходима поддержка, чтобы понять себя, чтобы не загнать себя в большую психологическую проблему»,

— отметил Большаков.

Психотерапевты обсудили, что стоит делать родителям, которые подозревают, что их ребенок, возможно, нетрадиционной сексуальной ориентации.

«Очень важно самому не превращаться в насильника, чтобы не подавлять и не выпытывать. Нужно как-то искать контакт, насколько это возможно.

Но чаще всего ко мне родители с проблемами детей и подростков приходят, когда они уже потеряли этот контакт... Если есть какие-то сомнения, я бы таким родителям рекомендовал обратится к специалистам, чтобы разобраться, что их беспокоит и на основе чего они строят свои предположения», — отметил психотерапевт Александр Мошкин.

И важную роль, считает он, играет фигура матери. «Я думаю, мать для любого человека — девочки/мальчика — самое главное. Но отец тоже очень важен, очень присутствует. И здесь важен не только сам отец, но важна очень позиция мамы по отношению к отцу. Если отца, скажем, нет, ну, так случилось, у нас много очень неполных семей, и мама постоянно говорит, что мужчины плохие — это одна история. А когда мама поддерживает имидж мужчины все-таки на хорошем уровне, это совсем другая история...

Это не только между мамой и сыном, это то, как эта мама заряжена общественным мнением.

Может быть, она и приняла бы этого сына, но ей очень стыдно или неловко — а что другие подумают. Если немного отойти от этой позиции «что другие», тогда проще», — добавил он.

Его коллега Мария Абелтиня уверена: речь прежде всего идет об общении. «Это все вопрос про контакт, который, в принципе, было бы нормально, строился с самого рождения ребенка, и ребенок чувствует, что он может доверять — начиная со своих маленьких секретов, проблем, сложностей или вопросов.

И когда подрастает ребенок, в подростковом возрасте, когда вообще сложно разговаривать с родителями — все равно, какая сексуальная ориентация.

Если есть этот контакт, если есть какие-то сложности или есть какие-то вопросы, тогда ребенок сможет обратиться к своим родителям, потому что база доверия позволит открыться», — отметила она.

Мошкин подчеркнул, что нет одного рецепта, единственно правильной реакции на каминг-аут ребенка. «Мы не знаем, как должны. Мы знаем, что человек, если он искренне отреагирует, состоится искренний диалог. Да, расстроится, чаще всего так. Но если есть возможность все-таки не потерять контакт, а это пережить и принять — на это нужно время... Мы часто работаем с чувством вины — неправильно любил или неправильно сделал. Но, я думаю, оборотная сторона этого чувства вины — как раз агрессия.

И такие родители — или кто-то — могут нападать... Ко мне обращаются зачастую родители, чтобы я перелечил этих молодых людей, и мне хочется сказать: «А вы вообще любите своего ребенка?».

Речь идет про любовь вообще, а не про сексуальные отношения в первую очередь», — подчеркнул психотерапевт.

Участники дискуссии сошлись на том, что гомосексуальности необходимо говорить открыто.

0 комментари
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
Аналитика
Аналитика
Новейшее
Популярное
Интересно