Аня и Ксюша сдают на гражданство. Церемонии

Мы, Ксения и Анна, по стечению обстоятельств в свои двадцать-с-чем-то лет все еще имели паспорта неграждан. Мы уже рассказали о причинах, которые побудили нас начать натурализацию, о том, как подавали документы, еще не зная, где можно «облажаться», об экзаменах и последующем ожидании. Теперь мы расскажем о торжественной церемонии, которую каждая из нас восприняла по-разному.

Анна

РАНЕЕ о натурализации Ани и Ксюши:

Интересно, насколько люди умеют интерпретировать события под собственные ощущения.

Вот я вижу два стола, на которых лежат книги для вручения гражданам, только что присягнувшим Латвии. Слева — флаг нашей страны. На его фоне — подсвечник. У меня возникают ассоциации с таверной — небольшой, в уютном народном стиле, где-нибудь у дороги в провинции.

Справа — монитор, на нем видео с видами Латвии. Музыкальный фон наводит на мысль о соляной комнате. Любопытно, что вспомнилась оздоровительная процедура. Ведь я тоже нахожусь в эпицентре процедуры — торжественной присяги. Причем соляная комната — событие индивидуальное, а это — общественное и объединяющее. Но я все равно сижу и наделяю церемониальное пространство собственными ощущениями. «Атмосфера, как у Линча — немного уютно, жутко таинственно. Но в этом всем dark deep darkness and splendor, как на его известной картине.

На моей (sic!) церемонии — около шестидесяти человек. Говорит депутат Ирина Винник («Согласие»). Ее речь проста и местами банальна. Но слова, которые она произносит, ускоряют секрецию слезной жидкости в моих глазах.

Депутат и ее торжественная речь привносят в церемонию какую-то болезненную праздничность. Болезненную, потому что навзрыд. Люди проникаются или просто чувствуют больше волнения. Каждый, кто выходит подписать присягу и получить дар в виде книги «100 лучших мест Латвии», немного дрожит. Кто-то по пути слегка спотыкается. Не комично — вовсе нет. Просто от волнения путаются ноги.

Мое присутствие на церемонии, точнее небольшого ажиотажа вокруг меня, мешает мне самой. В смысле, «известная журналистка» с серийным блогом о (не)гражданстве должна, например, произнести речь под конец действия. Я бормочу осипшим от волнения голосом: «Теперь я чувствую себя как дома» и парочку слов в напутствие, мол, сдать на гражданство вовсе не сложно и каждый должен найти мотивацию.

Наверное, мне следовало чувствовать себя, как на спецзадании. Но почему-то у меня просто не вышло. Я восприняла все событие глубоко и лично.

Если быть до конца честной, слова госпожи Винник про «Латвия — мой дом» зацепили меня. Однако после церемонии я почувствовала себя обманутой. Мне стало неприятно, что с помощью таких простых уловок можно, например, ненароком угодить и в секту. Ведь обычно так и происходит — лидеры культов давят на слабые места, и ты понемногу теряешь запасы критического мышления.

На самом деле, может это и есть моя мотивация, которую я советовала найти каждому. Моя — не в гражданских правах, обязанностях и возможностях голоса. А в чувстве дома. Не того, где тебя ждут, а того, который я могу определить, как свой.

Банально. А также пафосно (а что нет?). Зато честно.

Теперь вы знаете, чем заманить меня в секту.

Правда, нужно ли волнующимся негражданам болезненное откровение вроде моего — вопрос риторический. Насколько нужны депутаты и их речи на процедуре присяги? Я знаю многих, кому хватило всего остального, чтобы расстроиться и расплакаться или просто почувствовать себя оплеванным. И виновата в этом не присяга, не депутат и не работники миграционной службы, а отсутствие программы интеграции в нашей стране.

Ксения

Церемония для меня была заданием журналиста. Таким же, как интервью с президентом или репортаж с акции протеста. Это значит отпроситься с работы, приехать на место вовремя, пристегнуть велосипед — так, чтобы не украли, слиться с толпой и выполнить все указания. Говорить не слишком громко и не светиться. По окончании довезти до работы цветы в целости и сохранности.

Задание я провалила на этапе слияния с толпой: была слишком нарядной — черная рубашка и брюки. Нарядных было немного. В основном, люди пришли туда в том виде, в котором обычно ходят на работу или учебу. Перед началом церемонии меня для интервью в конец зала позвали коллеги с LTV, и тут уж все мои попытки не выделяться пошли насмарку. Незадолго до этого я встретила Олю — мы вместе сдавали экзамен. Она молодая мать, которая решила получить гражданство по семейным причинам. Экзамен она сдала со второго раза, в первый раз завалила Конституцию. Оля волновалась, да и я тоже, поэтому оставшееся время мы просто обсуждали всё на свете — от плакатов на стене до взаимоотношений США и России. Как это обычно бывает с коллегами-журналистами перед пресс-конференциями.

Если меня спросят, на что похожа сама церемония, то наверное, на бракосочетание в ЗАГСе — в меру торжественное, формальное и простое.

Депутат Рижской думы/глава отделения УДГМ произносят речь. Все хором поют гимн, дают клятву и подписывают её по очереди. После чего получают по три розы и книжке-альбому о самых красивых местах Латвии. Далее выступает президент Латвии (видео в записи) и сотрудники УДГМ делают общее фото новоиспеченных граждан. В перерывах выступает музыкант, который под гитару приятным голосом исполняет песни Раймонда Паулса и Гунтара Рачса. Все действо занимает в среднем полтора часа, после чего участники разбегаются кто куда.

Особых эмоций я не испытывала — только легкую радость, что еще на шаг приблизилась к получению нового паспорта, поэтому и писать о церемонии сложно — сказать особо нечего. Разве что — я всё-таки люблю цветы, хотя они ужасно непрактичны. Да и книжка тоже неплохая — она выступила в качестве гида-вдохновителя в отпуске, когда захотелось покататься по Латвии.

Мое восприятие государства после церемонии не изменилось, как и не изменилось мое восприятие себя в государстве. Я всё ещё сомневаюсь, имеет ли мой голос значение, и я всё ещё не знаю за кого я проголосую в следующем году.

Будущим матерям, которых терзают сомнения по поводу материнства, нередко говорят, что ты полюбишь ребёнка, как только его положат тебе на грудь. После церемонии мне стало интересно, полюблю ли я свой новый статус после того, как красный паспорт окажется в моих руках? Стану ли я лучшей гражданкой и соседкой, изменится ли хоть что-нибудь? Интуиция в тот момент мне подсказывала, что нет.

Забегая вперед, расскажу, что ощущение дома я обрела вскоре после церемонии, но с очень неожиданной стороны. Я вступила в группу на Facebook, которая посвящена моему микрорайону. Там люди делятся фотографиями, новостями и жалобами по поводу района, иногда решают проблемы вместе. Вдруг безликие многоэтажки с анонимными жителями оказались домами с тысячами соседей. У всех похожие проблемы. Например, одна женщина пожаловалась на огромную яму во дворе. Участники группы быстро её связали с ответственным человеком из самоуправления. Яму вскоре заделали. Оказалось, что не обязательно иметь избирательное право, чтобы изменить свой дом, двор, район к лучшему. Надо просто поддерживать контакт с соседями и искать людей, которые тоже столкнулись со схожей проблемой и знают к кому обращаться.

Когда ты знаешь, что не ты один любишь свой микрорайон — это тоже дом.

***

Наш процесс натурализации практически подошел к концу. Последний рубеж — получение паспорта, потому что после церемонии еще полтора месяца нужно ждать специального решения Кабинета министров.

0
Добавить комментарий
За эфиром
За эфиром
Новейшее
Популярное