Алексей Романов: Опера без слов

Биографы Джоаккино Россини утверждают, что музыку он начал сочинять в 12 лет. Тогда он гостил  в Равенне у богатого купца и мецената Агостино Триоссо, который не только покровительствовал людям искусства, но и сам играл на контрабасе. Музицировать купец очень любил, посвящая этому занятию свободное время. С юношеского цикла Россини и начал свой первый концерт в Риге Камерный оркестр «Гнесинские виртуозы».

Своему патрону и гостеприимному хозяину юный Джоаккино посвятил свои первые опусы - шесть небольших сонат для струнного квартета - двух скрипок, виолончели и контрабаса. В таких составах контрабасу обычно отводилась скромная аккомпанирующая роль. Но сообразительный мальчик «вкрапил» в сочинение сольные фрагменты этого инструмента. Они несложны для исполнения, чтобы музыкант-любитель мог осилить свою партию. При этом автор придал инструменту необычное звучание - контрабас-буффо или, как его еще называют, комический бас. Это придает музыке некую театральность. То есть уже угадывается будущая карьера автора 39 опер. Кстати, такая забавная партия контрабаса больше нигде не появляется в камерном репертуаре.

В то время на вилле Агостино Триоссо вундеркинд знакомился с музыкой Гайдна и Моцарта, что, естественно, не могло не повлиять на его первые собственные сочинения.

Но о том, как звучали шесть сонат Джоаккино Россини, мир узнал только во второй половине ХХ века. Их ноты считались утерянными. И по счастливой случайности были обнаружены в целости и сохранности в Библиотеке Конгресса в Вашингтоне.

Сонаты очень скоро стали повсеместно играться, но не квартетами, а в переложениях камерными оркестрами.

Исполнением Третьей сонаты до-мажор из этого юношеского цикла Россини начал свой первый концерт в Риге Камерный оркестр «Гнесинские виртуозы». Знаменитый московский музыкальный коллектив приехал в Латвию по приглашению Фонда им. Германа Брауна. Его выступление в Большой гильдии завершило пятый Молодежный музыкальный фестиваль «Avanti!».  Призывом «Avanti!» («Вперед!») генеральный директор Фонда Инна Давыдова провожала на сцену каждого оркестранта.

Все они только ненамного старше Россини в пору его пробы пера на нотной бумаге: в «Гнесинских виртуозах» играют девушки и юноши 13-16 лет.

Оптимистичное Аllegro в первой части сонаты прозвучало в весьма моцартовском духе. Но в нем, тем не менее, уже можно распознать намеки на оперные мелодии зрелого Россини – мастера сочетания бравурных мотивов и юмора с нежной лирикой. Во второй части – Andante – чувствуется что-то гайдновское, где светлая мелодия перекликается с трагической.  Третья часть – Moderato – легкая, незатейливая, танцевальная.  

Программа, которую «Гнесинские виртуозы» сыграли в Риге, называется «На темы из опер». И даже два не оперных опуса – соната Россини и концерт для гобоя Беллини – вполне вписались в нее. Все-таки оба композитора в первую очередь известны своими операми. Винченцо Беллини был также представлен фантазией на музыку из «Нормы», где солировали Алексей Савенков на гобое и Алина Воробьева на кларнете. Алина вызвала бурю оваций, сыграв с оркестром концертную фантазию на хорошо всем известные темы из «Травиаты» Джузеппе Верди. А тромбонистка Полина Тарасенко показала, как звучат на этом инструменте гениальные мелодии из вердиевского «Трубадура», а также третья ария Далилы «Mon coeur s'ouvre a ta voix» из «Самсона и Далилы» Камиля Сен-Санса.

Итальянский контрабасист-виртуоз, дирижер и композитор Джованни Боттезини не только писал свою музыку, но и перекладывал для любимого инструмента произведения других сочинителей. На концерте «Гнесинских виртуозов» прозвучали его вариации на темы из оперы Паизиелло «Мельничиха». Солировал на контрабасе Давид Ружавинский.

В программе были Николо Паганини и Генри Пёрселл. Русская музыка была представлена Николаем Римским-Корсаковым (мелодии из оперы «Золотой петушок») и Сергеем Прокофьевым (Марш из оперы «Любовь к трем апельсинам»).

И на бис – хрестоматийная «Ария» Иоганна Себастьяна Баха.

В прошлом году Камерный оркестр «Гнесинские виртуозы» отметил свое 25-летие. Он был создан директором Московской специальной музыкальной школы  имени Гнесиных Михаилом Хохловым, который сам специально для «Виртуозов» аранжировал более 40 произведений.

Хохлов стоял за дирижерским пультом и на концерте в Риге. И было видно, как он радуется, когда его воспитанников зрители награждали аплодисментами.

Наверное, непросто все время держать столь высокую планку музыкального коллектива, который постоянно обновляется. Ведь учащиеся заканчивают школу, на смену им приходит новое, еще не обученное, поколение.

Всего через «Гнесинских виртуозов» прошли более 600 юных музыкантов. Сейчас многие из них играют в лучших российских и западных оркестрах. Есть известные исполнители, лауреаты престижных музыкальных конкурсов. В числе «выпускников» оркестра – солист амстердамского Королевского оркестра Concertgebouw, профессор Королевской академии музыки в Лондоне, гобоист Алексей Огринчук, лауреат конкурсов Чайковского в Москве и Ростроповича в Париже виолончелист Борис Андрианов, основатели и руководители Фестиваля камерной музыки «Возвращение» скрипач Роман Минц и гобоист Дмитрий Булгаков, лауреат Молодежной премии «Триумф» перкуссионист Андрей Дойников. С «Гнесинскими виртуозами» выступали: Татьяна Гринденко, Юрий Башмет, Виктор Третьяков, Борис Березовский и многие другие именитые музыканты.

За четверть века «Гнесинские виртуозы» дали более 750 концертов в России, Японии, странах Европе и Америки. Сейчас в список мест выступлений оркестра добавилась и Рига, где юных музыкантов очень тепло принимали.

….А еще вспомнились строки Беллы Ахмадулиной:

Я школу Гнесиных люблю

за песнь, за превышенье прозы,

за желтый цвет, что ноябрю

предъявлен, словно гроздь мимозы.

Когда смеркается досуг

за толщей желтой штукатурки,

что делает согбенный звук

внутри захлопнутой шкатулки?

……….

Я школу Гнесиных люблю

в ночи, но более при свете,

скользя по утреннему льду,

ловить еду в худые сети.

Влеку суму житья-бытья -

иному подлежа влеченью,

возвышенно бредет дитя

с огромною виолончелью.

И в две слезы, словно в бинокль,

с недоуменьем обнаружу,

что безбоязненный бемоль

порхнул в губительную стужу.

Чтобы душа была чиста,

и надобно доверье к храму,

где чьи-то детские уста

вовеки распевают гамму,

и крошка-музыкант таков,

что, бодрствуя в наш час дремотный,

один вдоль улиц и веков

всегда бредет он с папкой нотной.

0
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
За эфиром
За эфиром
Новейшее
Популярное