Библиотеки страны за год списали почти 4 миллиона книг и журналов

За прошлый год из фондов латвийских библиотек были исключены книги, газеты, журналы, ноты и аудиовизуальные материалы общим тиражом около 4 млн. экземпляров. Причины для списания разные, а процедуру устанавливают правила Кабинета министров, сообщает Latvijas radio.

«Ну кто в наши дни захочет читать художественную литературу о создании колхоза

и тому подобном?», — рассуждает Эрна Уласа, заведующая библиотекой Фейманьской волости под Резекне. Из ее фондов за прошлый год списано 267 книг, и только 10 из них — по причине устаревшего содержания.

«Читают еще разные книги и всякие книги, у нас читатели разных национальностей. Довольно недавно брали «Сердце Бонивура» Дмитрия Нагишкина. Из политиков, Энгельса и Ленина, тоже брали когда-то, может, для университета понадобилось, но сейчас у меня они почти все списались. Если кому надо, договариваюсь с другими библиотеками», — рассказывает Уласа.

Обычно больше всего под списание попадают сильно зачитанные и растрепанные экземпляры, и лишь немногочисленные издания, признанные устаревшими — которые никто не спрашивал как минимум 10 лет. Чаще из фонда исключают отраслевую литературу, издания советского времени, материалы съездов, и труды Ленина, Энгельса и Маркса. Журналы хранятся три года, а после вместе с признанными негодными книгами они попадают в макулатуру.

Фейманьская библиотека «снабжает» старыми изданиями местную школу: ученики принимают участие в конкурсах по сбору макулатуры.

В Огрской центральной библиотеке в макулатуру ежегодно отправляют в среднем две тысячи изданий. Перед списанием каждую книгу по отдельности тщательно оценивают, рассказывает заведующая отделом ресурсов этой библиотеки Янина Метлане.

«Списание в библиотеках — дело, которое приходится делать, ведь помещения какие есть, такие есть.

Полок столько, сколько есть, и если мы не освободимся от чего-то старого, мы не поставим что-то новое.

А если полки очень забиты, разглядеть что-нибудь толковое трудно и библиотекарям, и посетителям, ведь книгу не вытащить», — объясняет Метлане.

Реестр уходящих на списание книг составляется на протяжении всего года. Процесс облегчает электронный каталог, в котором можно посмотреть, насколько часто издание брали и когда это было в последний раз. И в Огрской библиотеке чаще всего избавляются от растрепанных книг: «Конечно, читатели разные, на кухне читают или таскают куда попало, засаливают... Или кофе прольют, и тогда уж книга настолько неопрятная, что другие ее и брать не хотят».

Поврежденные издания сначала пытаются отремонтировать, однако люди привередливы и вовсе не хотят брать зачитанные экземпляры.

«За границей принято списывать в среднем в год столько же книг, сколько за этот год получено, чтобы получалась такая труба, в которую одинаково вливается и выливается... Этакий поток, потому что мы же не хранители», — поясняет Метлане.

Хранилище для мало востребованных  есть у Национальной библиотеки. Здесь знают, сколько книг списывают  другие библиотеки, но какие именно — нет.

«Мы, как методический центр, не спрашиваем, что это за книги и почему именно они. У каждой библиотеки своя политика комплектации фонда», — рассказывает представитель Национальной библиотеки Илзе Клявиня.

Если оказывается, что книга списана везде, ее можно попробовать поискать в Национальной библиотеке. Ее фонд комплектуется для вечного хранения,

поясняет Клявиня: «Этим мы отличаемся от публичных библиотек».

Если какая-то библиотека не хочет сдавать маловостребованные издания в макулатуру, можно создать для них специальное хранилище или предложить другим библиотекам. Такой подход приветствует и литературовед и  историк Илгонис Бернсонс:

«Порой люди просто смотрят — «старая книга, какой-то старый школьный учебник». Но ведь

очень интересно, к примеру, посмотреть, какие были учебники при Улманисе, а какие — до него. История, скажем. Физика-то и химия особенно не меняются.

Такие книги тоже отдавать на сторону не следовало бы».

Бернсонс думает, что хранить нужно и энциклопедии, и различные редко спрашиваемые работы — ведь и в них обнаруживаются свидетельства истории. И относительно свежие издания с точки зрения содержания далеко не всегда равноценны более давним.

«Вообще число книг, скажу я вам, должно быть как можно больше. Хоть сейчас и есть новые технологии, и люди говорят «Ну его, не буду я книги читать, у меня другие возможности есть». Конечно, есть! Только иди знай, что в будущем случится с этой технологией. А книгу уничтожить невозможно, разве что пожаром», — убежден Бернсонс.

На данный момент в библиотеках Латвии хранятся более 73 млн. экзепляров различных изданий. В прошлом году, однако, из фондов было исключено на 2 млн. единиц больше, чем поступило, заключает Latvijas radio.

Как уже сообщал Rus.lsm.lv, в 2016 году Латвия попала на девятое место в глобальном топе самых образованных и читающих стран — единственная из постсоветских государств стран в первой десятке. Одним из критериев при составлении рейтинга было число библиотек и хранящихся в них изданий. За четыре года (с 2011 по 2014 год) читателей в латвийских библиотеках прибавилось почти на 300 тысяч, несмотря на книжную дигитализацию и сокращение рынка книг, изданных «вживую».

0
Добавить комментарий
Комментировать, используя профиль социальной сети
Общество
Новости
Новейшее
Популярное